Последний парад
— Ножки мои бедные… — пожаловалась Шмакова. — Вскочила сегодня в шесть. Весь дом подняла. Собиралась… Голову вымыла. Мамка мне новое платье приготовила. Деньжат подбросила потихоньку от отца. Она у меня добренькая. Составили целый список покупок… Собралась… А что ты мечтала купить в Москве?
— Ничего, — Железная Кнопка цедила слова нехотя, еле разжимая губы.
— Послушай, Миронова, а почему ты такая? — Шмакова с большим любопытством посмотрела на Железную Кнопку.
— Ну не как все девчонки… Мама у тебя жутко модная. Женщина моей мечты…
— Что с вас взять, — резко перебила Железная Кнопка.
Шмакова улыбнулась: ее не так-то легко было сбить.
— Вчера я встретила твою маму, — вновь начала она. — Идет в синей кожаной курточке. Между прочим, под цвет глаз. Я отвалилась. — Мечтательно закатила глазки: — Наверное, кучу денег заплатила?
— Не интересовалась… Шмакова, давай о чем-нибудь другом.
— Ну ладно-ладно, не злись! Послушай!.
— Тут дело ясное — она предала нас по-тихому. — Щеки у Железной Кнопки заалели. — Думала, никто не узнает. А если даже узнает, то что ей будет?.. Ничего. Она же рассказала «всю правду», как ты говоришь. Но и правда бывает разная. Ее правда — просто предательство. Не повезло ей, на меня напала. Каждый должен получать по заслугам.
— Идейная ты, — сказала Шмакова.
— Я — другое дело. У меня к ней свой счет.
— Мелковато, — процедила сквозь зубы Железная Кнопка.
— Курочка по зернышку клюет.
Шмаковой нравилось, что она знает об этой истории больше всех, и она с нетерпением и злорадством ждала, чем же это все кончится. Ах, как здорово получилось, что она оказалась в тот момент под партой и все слышала! У нее тогда сердечко чуть не выскочило от волнения из груди — так она была рада, что попался этот выскочка Димка Сомов. Не будет строить из себя главного.
Вот только непонятно было — почему эта страшила Бессольцева взяла всю вину на себя?.
Шмакова улыбнулась своим тайным мыслям, представляя всю бездну падения Сомова и всю беспросветность положения Бессольцевой.

















