Поспорить с судьбой

— Это ты о чем сейчас? — осторожно уточнила девушка, подозревая, что молодой человек говорит об их браке.

— Аристократов не вешают, им отрубают головы, — выплюнул Маркус, гневно сживая кулаки. Однако, уже в следующее мгновение он взял себя в руки и первым поднялся, подавая руку супруге. — Идем, холодает, а ты еще слаба после болезни.

Кейра приняла протянутую ладонь. Молодые люди плечом к плечу направились в дом. Всё это время за ними наблюдала Регида. Стоя у окна, женщина в досаде сжимала пухлые губы, совершенно не понимая, что ее дочь могла найти в висельнике и преступнике.

Его темные глаза наводили на женщину ужас.

Регида казнила себя за идею взять в супруги преступника. Только она и предположить не могла, насколько тесно окажутся связаны супруги.

— Матушка, мы завтра уезжаем, — вырвала из размышлений женщину Кейра. -

Необходимо собрать вещи, ты поможешь мне?

— Да, милая, конечно, — бросив короткий взгляд на Маркуса, облокотившегося о косяк входной двери, быстро проговорила Регида. Только скрывшись с глаз мага, женщина облегченно выдохнула.

— Ты так ненавидишь его? — оставшись наедине, задала вопрос Кейра, печально потупив взгляд.

 — Почему? Вы ведь совсем не знакомы.

— А когда ты успела его узнать? Всего-то полторы недели прошло с вашего выздоровления, — парировала Регида. — С каким бы удовольствием я освободила тебя от него, но это уже не в моих силах. Вы теперь навеки связаны, — горько вздохнула женщина.

— И понесло же нас в Храм!..

— Матушка, не стоит так переживать, — попыталась успокоить женщину Кейра. -

Маркус станет мне хорошим мужем, я верю в это.

Даже уверенный тон дочери не смог убедить женщину, но она больше не стала ничего говорить.

Вместо слов взялась помогать собирать вещи дочери.

До поздней ночи провозились обе женщины, собирая девушку в путь, и, в конце концов, напряжение спало, и страх немного притупился.

Перед сном Кейра осознала, что на душе её впервые за долгое время стало светло и радостно. Она давно мечтала посмотреть столицу. И пусть сейчас другие обстоятельства ее отъезда, но интерес к большому городу не ослаб, а, напротив, еще больше возрос. На грани сна и яви девушка пыталась представить себе дом Маркуса и улыбалась.

Сундуки с вещами грузили в нанятую карету помощники-добровольцы.

Перед самым отъездом, мать прижала дочь к груди. Ни слова напутствия не было сказано. Их взгляды все говорили лучше любых слов. Поцеловав Кейру в висок, Регида в последний раз взглянула в сияющие глаза дочери, подождала, пока та сядет в карету рядом с супругом, и только тогда крикнула кучеру:

— Трогай! — а сама смотрела вслед, и тихо молилась Триединому, чтобы помог её наивной доверчивой девочке стать счастливой и избавил от всяческих страданий.