Поцелуй вечности

Он повел ее обратно в «Ангелус-хаус», на верхний этаж, где располагались комнаты персонала. Она бывала здесь очень редко, потому что смотреть было особенно не на что, кроме спален, а вся жизнь протекала внизу, в общих помещениях. Йоханнес остановился перед одной из дверей и толкнул ее:

Лорен сама не знала, зачем спросила. Наверное, потому, что комната выглядела совершенно безликой. Здесь не было ни фотографий, ни сувениров — ничего, кроме плаката с эмблемой «Ангелус-хауса», комода, двуспальной кровати и небольшого стола с банкирской лампой.

— Ты мне доверяешь? — Он взял ее лицо в ладони и посмотрел прямо в глаза.

 — Я нуждаюсь в твоем доверии, но порой кажется, что ты мне не веришь.

— Верю, — прошептала Лорен. — Дело в том… я очень сильно обожглась, когда поверила одному человеку.

У нее на глазах выступили слезы. Внезапно Йоханнес начал ее целовать, и весь мир перестал для нее существовать. Они легли на чересчур мягкий матрас, он прижал ее к кровати, раздвинул ноги, и она с наслаждением почувствовала тяжесть его тела. Теперь она не смогла бы вырваться, если бы захотела, и на мгновение ощутила тошнотворный страх.

— Ты не против? — прошептал Йоханнес, осыпая ее шею короткими поцелуями.

— Нет, — простонала она.

Она впилась в его губы долгим и страстным поцелуем, и он ответил ей тем же, набрав полные горсти ее голос. Он двигался медленно, но умело, и она устремилась ему навстречу.

— Боже, Лорен, — простонал он, — мне так хорошо с тобой!

Одним движением он сорвал рубашку, открыв татуировку «Ангелус-хауса» посредине атлетического торса. Лорен протянула руку, чтобы прикоснуться к ней, и он впился поцелуем в ее пальцы, заставив задрожать всем телом.

Он лег рядом с Лорен, и рука его скользнула за пояс ее спортивных брюк, двинулась вниз, и от его прикосновений у нее перехватило дыхание.

— Да? Тебе нравится? — промурлыкал он, и в ответ Лорен смогла лишь застонать. — Мне нравится делать тебе приятно. — Его пальцы ласкали ее, губы скользили по ее шее, покрывая поцелуями, похожими на укусы. Его зубы царапнули ее, и она вздрогнула. — Прости, — хрипло прошептал он. — Прости.

Он зарылся лицом в ее волосы, его рука двигалась все интенсивнее, пока волна наслаждения не захлестнула Лорен и не заставила содрогнуться всем телом.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

Лорен никогда в жизни не чувствовала себя такой счастливой.

Лорен проснулась в пустой кровати. Она никогда не спала так долго — было почти два часа дня. Она приняла душ и спустилась в общую комнату, где по телевизору обещали рекордно высокую температуру — тридцать восемь градусов — и ужасную влажность. Лорен застонала, хотя внутри «Ангелус-хауса» было темно и прохладно, как в подвале.

Она с шумом рухнула на скрипучий диван рядом с Алекс.