Поцелуй вечности

Она оттолкнулась руками от пола и, сделав выпад ногами, нанесла удар в колено, К ее удовлетворению, послышался хруст кости: Джейс рухнул на пол, воя от боли. Арбалет упал рядом; смертоносная стрела вылетела из него, прожужжала мимо уха Мот и с глухим стуком вонзилась в старую штукатурку под окном. По инерции Мот полетела вперед и повалилась на тело врага. Ее ноги были крепко скованы толстыми цепями, но ей все же удалось подняться на колени и придавить Джейса к полу.

Его лицо приобрело желтовато-серый цвет, как оконная замазка, пока он возился под ней, пытаясь вырваться; сила этого человека, хотя и раненного, удивила ее, но она легко справилась с ним.

— Кончай дергаться. — Мот очаровательно улыбнулась. — Ты же не хочешь сделать себе больно, правда?

Она просто сломала парню колено, знала, что ведет себя по-дурацки, но… Какого черта! Он это заслужил.

Даже со связанными ногами и в серебряных наручниках, Мот оказалась сильнее его. Он был намного крупнее, но она прижала его руки к полу и улеглась сверху, просунув ноги между его коленями. Если правильно надавить, Джейсу придется гораздо хуже, чем сейчас.

— Итак, — начала она со зловещей улыбкой, — твой отец знает, чем ты занимаешься?

Он дышал часто, неровно.

— Конечно знает. Он обучал меня.

— И сколько тебе лет?

Она наклонила голову набок:

— Тебе было восемнадцать, когда тебя превратили в вампира. А сейчас сколько? На самом деле?

Мот поджала губы, размышляя, стоит ли поиграть с ним еще немного. Хотя что она теряет?

Джейс был явно удивлен:

— Ты вампирша уже десять лет? Не может быть!

— Хочешь сказать, что я молодо выгляжу? Спасибо. — Она захлопала ресницами.

Он пошевелился под ней, на лице появилась гримаса боли, и он втянул воздух сквозь зубы.

— Нет, я хочу сказать, что ты кажешься молодой. Ведешь себя как девчонка.

Мот одарила его взглядом своих серебристых глаз:

— Иногда — да. Ну, давай ты. Твоя очередь.

— О-о-о, мне нравятся молоденькие мальчики…

— Слезь с меня, извращенка!

— С помощью лести ты всего можешь добиться.

Мот надавила коленом. Как следует.

Джейс выпучил глаза от боли, его лицо стало еще белее, хотя это казалось и невозможным.

— Сука! — выдохнул он.

— И это говорит парень, который напичкал меня наркотой? Понятия не имею, как это тебе удалось: сковал мне руки и ноги цепями из освященного серебра, а потом угрожал испепелить из папиного арбалета.

— Ну, что дальше? Ты меня сейчас укусишь?

— А ты этого хочешь?

Мот пьянил его страх. Она едва сдерживала жажду крови, сидевшую глубоко внутри, слышала бешеный стук его сердца, чувствовала панику в распростертом на полу теле. Да, она питала отвращение к вкусу крови — особенно свежей, — но это не значило, что она не сделает того, что собирается. Сейчас речь шла о выживании.