Поцелуй вечности

Он оставил свой дурацкий плащ дома, хотя, если бы Фэйи это обнаружила, она, наверное, сожгла бы его самого на костре, а пепел выбросила в стоящую на сцене урну. Как и его плащ.

Он подумал, что Лаура, возможно, будет стоять к нему спиной под деревом и что на ее распущенных волосах будут играть красноватые блики. Листва дерева будет обрамлять ее, а лунный свет одинаково позолотит и ее, и листья, и она повернется к нему и подарит улыбку.

Все именно так и произошло, за исключением участия во всем этом еще двух девушек. Они выглядели совсем не так, как Лаура, и в какой-то степени испортили общую картину.

У одной из них были яркие и растрепанные белокурые волосы, у другой — нелепые, неряшливо наращенные иссиня-черные ресницы. Они напомнили Кристиану тех девочек из его школы, которые насмехались над ним либо искренне не обращали на него внимания.

Эти две девицы не понравились ему с первого взгляда. Возможно, отчасти потому, что их присутствие расстроило его план при встрече поцеловать Лауру.

— Боже мой! — воскликнула растрепанная блондинка. — Это же Крис.

О боже!

— Он не надел плащ, — констатировала та, что с ресницами, весьма разочарованным тоном. — И он не… — Она провела ладонью перед своим лицом.

— Это был грим, — пояснил Кристиан. — Я не наношу его каждый день.

— А следовало бы, — сказала Ресницы. — В нем ты смотришься гораздо лучше.

— Не могу поверить, что ты говорила правду! — воскликнула Блондинка.

— Но это так, — сказала Лаура.

Она выглядела какой-то подавленной и растерянной. Кристиану захотелось защитить ее, обнять и крепко прижать к себе, но она стояла вплотную к тем двум девушкам, словно удерживаемая их силой притяжения.

Они возвышались над ней, яркие и самоуверенные.

— Разумеется, она говорила правду, — подтвердил Кристиан.

Лаура улыбнулась ему нежной, благодарной улыбкой:

— Это мои подруги, Хэйли и Рашель. Хм… Я сказала, что они смогут… наверное… То есть можно им тоже прийти на вечеринку?

Воспитывая Кристиана, мама учила его быть вежливым.

— Что ж… Наверное, это будет весело, — ответил Кристиан.

И Ресницы, и Блондинка (он подумал, что Ресницы — это Хэйли, а Блондинка — Рашель) схватили Кристиана за руки.

— Та-ак, — протяжно изрекла Хэйли. — А остальные участники вашей группы будут на вечеринке?

Кристиан почувствовал, что ему не по душе подхалимский тон, каким она произнесла слова «вашей группы», словно это было более значимо, чем сами участники группы как отдельно взятые личности.

— И Брэдли? — продолжала допытываться Хэйли, и ее взгляд неожиданно остекленел.

— Да, вся группа будет там, — ровным голосом ответил Кристиан.