Поцелуй вечности

Лаура понимающе рассмеялась, и он повел ее обратно вниз по лестнице, слегка обняв за талию. Ее сердце билось очень быстро. Его мысли, казалось, подстроились к нервному ритму ее пульса и беспорядочно кружились в голове.

— Что, твоя спальня находится в подвале? — спросила Лаура и нервно рассмеялась. — Ну да, конечно. В этом есть смысл.

Комната Кристиана была отделана в кремовых тонах, над камином висела репродукция картины Моне «Водяные лилии». Своей яркостью на общем фоне выделялись лишь темно-красные шторы, свисавшие складками по бокам еще одной двери, которая никуда не вела, — ее установили, чтобы заслонить единственное в комнате окно.

Все и в самом деле выглядело бы отлично, если бы Кристиан не оставил посреди комнаты свой гроб с лежащей рядом на полу крышкой, вместо того чтобы затолкать все сооружение под кровать, также имевшуюся в комнате.

— Э-э-э… Извини, — пробормотал Кристиан и бросился к своему спальному устройству.

— Нет, — сказала Лаура, — все в порядке. Пусть останется так.

Он слышал, что девушки любят создавать настроение, но ему даже думать не хотелось, какому настроению может способствовать вид гроба.

— По крайней мере, надо убрать его с дороги, — заметил Кристиан, — чтобы мы могли добраться до…

Лаура смотрела на него, ее взгляд выражал недоумение.

— Но если твои намерения изменились, — торопливо продолжил Кристиан, — это вполне, совершенно нормально. Я пойму тебя. Мы можем вернуться на вечеринку…

Он остановился на полуслове, когда Лаура подошла и приникла к нему, а он ее обнял, обхватил руками и притянул к себе почти неосознанно, потому что она излучала тепло и нежность, от нее исходил приятный аромат, и он хотел, чтобы она осталась с ним здесь, страстно хотел, чтобы и она хотела того же.

Она подняла к нему лицо, и он поцеловал ее легко и осторожно, не прерывая дыхания, давая ей возможность самой выбрать темп сближения. Каждый раз, прикасаясь к ней, он слышал бурное биение ее сердца, и оно звучало для него как песня жизни и наслаждения. Он снова легко поцеловал ее в губы, в самые их уголки, потом в подбородок и опять в губы. Она вздрогнула, словно не ожидала от него подобной нежности, и его клык при этом поранил ее губу. Кристиан ощутил вкус крови.

— Ой, прости меня, — пробормотал он и разжал объятия.

— Все хорошо, — прошептала Лаура.

Ее голос слегка дрожал, но причиной тому было, скорее, возбуждение, поскольку она запустила пальцы в его волосы, нагнула его голову и их лица снова сблизились.

И он опять целовал ее, осторожно прижимаясь своими губами к ее губам со всей нежностью, на какую был способен. Он не хотел пробовать ее кровь. Происходящее не имело отношения к питанию.

Ее губы раскрылись, такие податливые и манящие. Пальцы в его волосах напряглись.