Повесть о суровом друге

В стороне громко кричала другая торговка:

- Колбаса баранья по дешевке! Сто тысяч рублей порция! Только сто тысяч!

- В кавалерии твоя колбаса не служила? - спросил проходивший мимо паренек.

Торговка осыпала шутника бранью.

- Раки, раки! - вдруг услышал я сзади грубый голос.

Я оглянулся и увидел старуху. Она была обута в сапоги. На маленьком лице, закутанном в серый платок, выделялся толстый нос, из которого торчали черные волосы. Глаза у старухи были темные, как два медных пятака.

Васька достал кофту и начал торговаться с теткой, продававшей пять штук картошек, а я подошел к старухе посмотреть раков.

- Ты шо, хлопчик, - спросила она, - рака хочешь?

- Почем? - деловито осведомился я.

Старуха пытливо оглядела меня и сказала:

- Не купишь, дорого.

- А может, у меня сто тыщ есть, - сказал я.

Старуха показала в улыбке желтые зубы и сочувственно покачала головой.

- Бачу я, бидный ты, хлопчик. Я тебе рака за так дам, без грошей.

Она взяла за клешню одного рака и протянула мне. Я попятился.

- Бери, дурный, - сказала она, - бери, я еще дам. Ты хлопчик бидный, я бачу.

Машинально я принял от нее двух раков и покосился на Ваську, который уже продал кофту и покупал картошку. Я хотел было подойти к нему, но старуха потянула за руку:

- Иди до мене, хлопчик, у тебе, мабуть, батька нэма, да?

- Нету, - угрюмо сказал я.

- Ну вот. Я и вгадала. Як тебе зовуть?

- От, яке гарне имя, аж мини завидно. А скажи, Леня, що там за собрание сегодня в городи?

- Праздник нашей власти, - сказал я.

- А-а, вот як! Шо ж, усим туда можно, чи тилки Червоной Армии?

- Только трудящим, - ответил я.

- О це гарно, - воскликнула старуха, - значит, пиду и я! Хоть трошки порадуюсь на старости. А може, мени не пустить начальник Червоной Армии?

- Не знаю, - ответил я, - у него и спроси.

К нам подошел усатый дядька с плеткой в руках. Он шлепнул по старушкиной табуретке и весело спросил:

- Торгуешь, бабуся?

- Торгую, торгую, - ответила старуха, не глядя на подошедшего. - Не мешай, торгую.

Дядька отошел и побрел по базару, похлестывая плетью по голенищам сапог.

Старуха все ближе привлекала меня, поглаживая мое плечо огромными, как клешни, руками.

- Ты, Леня, бери ще рака, - сказала она, - бери, не бойся. И скажи, до кого ж мени обратиться... хто ж тут за начальника Червоной Армии?

- А шо? - спросил я, насторожившись...

- Так, - безразлично ответила она. - Интересно, кто может буть начальником, колы тут усий армии два человека?

- А вот и не два, - возразил я.

- А скильки ж? - ласково спросила старуха и притянула меня к себе.

Мне стало противно. Я начал вырываться и крикнул.

- Ты чего? - спросил он и глянул на старуху.

- Вот обнимается, - сказал я. - Дядю Митяя ей надо.