Повесть о суровом друге

На улице слышались выстрелы. В окнах зазвенели выбитые стекла, засвистели пули. В дверь, ругаясь, били прикладами и кричали:

- Батько! Що там за лихо? Открой двери!

Я вспомнил приказ Васьки - беречь знамена, схватил одно, сорвал с древка. То же самое я сделал с другим флагом и спрятался в суфлерскую будку.

В зале шла борьба, упала со стены лампа, трещали стулья. Кто-то закричал: «Пожар!» Я сидел в будке, прижав к груди полотнища знамен.

Не знаю, долго ли продолжалась потасовка в клубе, только выстрелы постепенно стали удаляться. В зале слышались тихие стоны, шаги и одинокие голоса людей, гасивших пожар.

Потом совсем стало тихо.

Я вылез из будки. Всюду было темно. Натыкаясь на поломанную мебель, я ощупью нашел дверь и вышел на улицу. Вьюга стихла, где-то далеко слышались одиночные выстрелы.

Не зная, где искать Ваську, я побежал к себе на окраину - надо было спрятать знамена.

По дороге я думал о том, как неожиданно все случилось, точно во сне. Но я не чувствовал страха. И когда на углу улицы мне встретился лохматый бродячий пес, я смело пошел на него. Пес не выдержал и свернул в сторону.

Дома я никого не застал, спрятал в сундуке знамена и решил вернуться в город искать Ваську.

Возле калитки я неожиданно столкнулся с темной фигурой:

Я узнал по голосу Тоньку.

- Ты что одна ходишь? В городе бандиты.

- Вот убьют тебя, тогда будешь знать.

- Тебя же не убили?

- Глупая, то я, а то ты.

- А где Вася? - спросила Тонька.

- Воюет. Бандитов колошматит. А у меня патроны кончились, пришел зарядить наган...

«Чудак, зачем-то наган выдумал... Сейчас Тонька спросит, и опять надо будет врать».

- У тебя наган есть? - удивилась Тонька. - Кто тебе дал?

«Вот Илюха умеет врать, позавидуешь...»

- Не наган у меня, а смитвельсон.

- Ну, покажи смитвельсон, - не отставала Тонька.

- Нельзя девчонкам за оружие браться. У вас на то куклы есть. Тебе покажи смитвельсон, а ты не с того конца возьмешься и застрелишь себя. Отвечай тогда...

- Ты же не застрелился?

- Мы мужчины, понятно тебе?

Тонька молчала. Я тоже не знал, о чем еще говорить. Вдруг я вспомнил, что хотел украсть Тоньку... Сейчас самый подходящий момент: никого нет, тихо кругом...

Сердце мое колотилось.

- Тонь, знаешь что?

- Давай... я тебя украду.

- Как? - испугалась она.

- А так. Отнесу в степь на Кальмиус. Хату из камыша сделаю. Будем там жить. Купаться будем. Я на заводе буду работать, а ты обед варить...

Сначала Тонька засмеялась, но потом призадумалась:

- А как папка с мамкой? Они искать меня будут.

- Зачем? Им еще лучше, кормить тебя не надо. Ну? Украсть?

- Чего боишься, глупая? Знаешь, как заживем? Обвенчаемся, весело будет. Ну? Украсть?

- А Васю возьмем с собой?

- Можем взять, - сказал я неопределенно.