Повесть о суровом друге

У человека всегда слева ангел, а справа черт с копытами. Ангел от смерти спасает, а черт на грех наводит. Даже когда мы спим, ангелы караулят около подушки. Один раз интересный случай был. Просыпаюсь утром, открыл глаза, гляжу, а он сидит сбоку.

- Тебе ж говорят - ангел. Сидит на табуретке и дремлет. Я ка-ак вскочу, а он захлопал крыльями и улетел.

- Куда? - спросил я, пораженный словами Илюхи.

- «Куда, куда»! Закудыкал. В трубу улетел.

- Ну и что? Он в ставке искупается и опять чистый летит на небо.

- Врешь ты, Илюха, - с досадой проговорил Васька.

Илюха оправдывался:

- В божьем писании так сказано, а я здесь ни при чем. Да ты сам Леньке говорил про рай и про чертей, забыл, да? Забыл?

- Забыл я или не забыл, то мое дело, - хмуро отозвался Васька, - а врать, что живого ангела видел, незачем.

- Могу показать перо от крыла ангела, если не веришь.

- Чтоб я провалился! Когда ангел вылетал в трубу, он зацепился за гвоздик, и перо выпало. Хоть сейчас идем, посмотришь, за иконами у нас лежит.

- То небось петушиное.

- Петушиное, как бы не так!

Ребята примолкли. Видя, что больше никто не возражает, Илюха, глядя в небо, блещущее звездами, продолжал:

- А во-он дорога в рай, видите, где звезды густой полосой тянутся. По этой дороге праведники после смерти идут в рай. Там у ворот стоит святой Петр с золотыми ключами и стерегет. У него на дурницу в рай не проберешься.

- Документы требует? - простодушно спросил Абдулка.

- Не пачпорт, а крест на шее, - поправил Илюха. - Если грешник крест будет заржавленный, а у праведника - новенький, сияет, как солнце. Если святой Петр увидит, что грешник хочет незаметно в рай пробраться, то сейчас его за шиворот - и под зад коленкой.

- А кто в раю живет? - не унимался Абдулка.

- В раю живут Адам и Ева.

- Я же говорил: праведники. Те, которые безгрешно жили на земле. Моя бабка там живет.

- Откуда ты знаешь?

- Тю, во сне... - насмешливо протянул Уча. - Бабку видеть во сне к дождю.

- И вовсе не к дождю... А потом, я где видел бабку? В раю, будто она сидит под райским деревом и золотые яблоки ест. В раю хорошо. А возле ада, прямо у калитки, сидит на цепи страшная-престрашная собака о семи головах, Санхурха называется.

Хотя я чувствовал, что Илюха врет, все же было интересно слушать его рассказы.

Поздно в этот вечер разошлись мы по домам.

Ваське нужно было ложиться, чтобы утром не проспать на работу. Расставаясь, мы взяли друг друга за руки. Наверно, ему тоже было тяжело; он вздохнул и сказал ободряюще:

- Ничего, Лень. Зато денежек заработаю. Батька даст нам гривенник, и накупим мы целую шапку пряников и «раковых шеек», а хочешь - голубей купим.

- Голубей лучше, - сказал я, стараясь подавить слезы.

- Ладно, купим голубей: красноперых, чернохвостых, «монаха» одного купим...

Безрадостным был наступивший день.