Позывной «Курсант» — 2

Открывал глаза только в те моменты, когда «Воронок» подкидывало на кочках. Что любопытно, Николай Николаевич всю дорогу молчал. Может, не хотел меня теребить. Заметил, наверное, как я клевал носом. А состояние у меня было вполне закономерное. Столько дней подряд вставать ни свет ни заря… Естественно, после сытного обеда и прогулки по парку меня разморило.

С другой стороны, может, дело вовсе не во мне. Может, сам Клячин был не настроен на разговоры. Он вообще пребывал в непонятном расположении духа. Думал о чем-то своём. Выглядел замкнутым. С другой стороны, мало ли о чем он размышляет. Вот так решил я для себя и перестал обращать внимания на чекиста, благополучно продолжив дремать.

И только перед шлагбаумом, за которым начиналась территория школы, Клячин, наконец, заговорил.

— Как у вас с товарищем Бекетовым дела? Хорошо посидели? Почти три часа вместе провели… Расположен он к тебе, Алексей… — Николай Николаевич заглушил мотор и развернулся ко мне полубоком.

— Угу… — я завозился, пытаясь взбодриться. Оказаться снова на улице сильно не хотелось. Особенно, после дрёмы. — Неплохо посидели. Больше про юность его разговаривали. Вернее, он разговаривал, а я слушал.

— Ему, наверное, приятно вспоминать прошлое. Оно у Игоря Ивановича, можно сказать, героическое.

Я с сомнением покосился на Клячина. Его фраза прозвучала немного двояко. С подтекстом. Мне показалось, про героическое прошлое Бекетова он высказался с едким сарказмом.

— Ну, а про тебя? Про тебя ничего не говорил? Может, рассказывал, почему принимает участие в твоей судьбе? — спросил Николай Николаевич. Вот прямо не дает ему эта тема покоя… Настырный мужик, однако…

— Не… — я потянулся и зевнул. — Только о себе все время. А мне как-то даже неудобно спрашивать. Потом когда-нибудь, при подходящих обстоятельствах снова поинтересуюсь. Сейчас уже и не особо важно, отчего товарищ старший майор государственной безопасности мне помогает. Ну, так-то… Положа руку на сердце.

Я посмотрел искоса на Клячина и при этом постарался, чтоб взгляд у меня получился с хитринкой. Типа, зачем париться о прошлом, когда в настоящем вон как все хорошо складывается. Из детского дома забрали. А мог бы, в лучшем случае, отправиться куда-нибудь на завод гайки крутит. На полное довольствие поставили. Жри, пей от пуза. Одежду выдали. И, кстати, очень приличную. Учить начали. Чего ещё желать? А то, что каждое утро с появления орущего Шипко начинается — так это мелочи. Можно и потерпеть. Да и все остальное — Цыганков с его понтами, физическая нагрузка, Эмма Самуиловна — как говорится, стерпится-слюбится.

— Согласен, — кивнул Клячин. — Просто… Видишь ли, Алексей, как я и говорил, нравишься ты мне. Уважение вызываешь. Стержень в тебе имеется. Воля.