Позывной «Курсант» — 2

Мы с Бернесом переступили порог спальни в тот момент, когда Шипко стоял рядом с Матвеем и указательным пальцем методично тыкал в его тетрадь.

— Не понял… — протянул Марк.

Я как бы тоже удивился, но решил промолчать. Наши сложные взаимоотношения с Панасычем не предполагают пока что свободы слова.

Просто комната значительно изменилась с того момента, как мы были в ней последний раз. Теперь помимо кроватей имелось еще два больших стола, продвинутых друг к другу. За столами сидели детдомовцы. Вид у них был очень несчастный. Перед каждым лежала тетрадь, стояла чернильница. Панасыч с открытой книгой в руках замер рядом с пацанами. Его лицо наоборот выглядело вполне привычно. Так как он только что орал на Корчагина, оно было чуть краснее положенного. Но при этом — очень довольное.

— Иванов! — гаркнул Шипко, выбрав очередную жертву. — Ты прям стремишься к должности вечного поломоя! Опять на стол капнул? Да что ты елозишь этой промокашкой, только грязь развёл… Не елозь, говорю!

— Ну товарищ сержант государственной безопасности, — пытался отодвинуться и одновременно слиться со столешницей детдомовец. — Не умею я этой ерундовиной пользоваться. Отдайте карандаш обратно. Что за издевательство? Писали же сначала карандашами! Как люди.

— Не издевательство, а педагогический момент! — ткнул пальцем куда-то в потолок Шипко. — Письмо пером вырабатывает в вас усидчивость и аккуратность, потому что… Иванов! Аккуратность! А не слой грязи на столе! Ты что, в рот те ноги, каплю нормально промокнуть не способен?

В этот момент я не выдержал и всё-таки тихо хохотнул себе под нос. Очень уж комичной была картина…

— О, парни вернулись! — радостно вскинулся Ленька, заметив меня и Бернеса. — Присоединяйтесь, у нас здесь весело! Вот, товарищ сержант государственной безопасности лично нас грамотности учит. Книжки умные читает. Когда еще такое случится? Чтоб цельный сотрудник НКВД только для нас литературные чтения организовал.

— Михалёв! — Шипко мгновенно переключился с Корчагина на Леньку. — Когда это ты успел развеселиться? Поумнел что ли? У тебя полчаса назад в слове из трёх букв пять ошибок было! А ну, дай-ка тетрадь! Посмотрю, что ты там накалякал…

Мы с Бернесом нерешительно топтались возле дверей. Вернее, нерешительно топтался Марк. А я как раз сделал это очень решительно. Вообще не хотелось проходить дальше. Велика вероятность, что нас сейчас тоже усадят писать диктант. А я не хочу ничего писать. Я хочу помыться, причём вообще уже по херу, какой водой и где. Хоть в луже, честное слово. Потом — пожрать. Хотя бы к ужину успели, и на том спасибо. А затем пять минут полежать на кровати. Просто полежать, не двигаясь. Пять минут. К тому же мысль про бокс для ребят не отпускала.