Прародитель Магии Том 4 (СИ)

Кровавая Императрица была слабой, жалкой женщиной, и всё-таки…

Иногда именно слабость способна сохранить жизнь, в то время как сила её только разрушает. Артур всегда ненавидел слабость, во всех и особенно в себе, — он считал её уродством.

Как уродливы были горбатые спины живущих на пограничье смерти, тех, кто каждый год варил себя в жертву стервятникам; как убоги были жители лачужек, выстроившихся, как могилы, перед черным замком, и тоже приносивших жертвы; как убоги были люди, которые когда-то падали ниц при одном виде эльфа…

Всё это Артур считал уродством и воротил от этого нос.

Но по отношению к Императрице мужчина, как ни удивительно, не чувствовал отвращения. Она была жалкой, разумеется, и даже не добилась ничего особенно значимого. Всё, всё с самого начала было по вине её слабости. Её можно было винить, осуждать, но… Её слабость не казалась Артуру отвратительной.

С Шанти на руках мужчина пошёл по серому полю боя, под голубыми небесами. Вся земля была усыпана прахом. Холодный ветер игрался с ним и резвился. Появлялись пепельные горы, пепельный рельеф на земле. Пепел настилался на ноги Артура, и каждым своим шагом мужчина сбрасывал его назад. Вскоре маг заметил на горизонте серебристый огонёк и медленно пошёл на него. Артур мог примчаться почти сразу, он мог взлететь, но сейчас ему этого почему-то не хотелось; мужчине было приятно просто пройтись по пеплу, никуда не спеша.

И вот, размеренным шагом, Артур подошёл к сверкающей серебряной безделушке. Это был мужчина в серебристой броне, весь пыльный, с совершенно серым лицом. Релик взглянул на Артура, двигая только глазами, и выдохнул немного праха.

— Потери? — спросил маг.

Релик приподнялся и огляделся, опираясь локтями о землю.

— Все, получается, — спокойно констатировал Артур.

— Все… — повторил Релик и улёгся назад, в пыль, а потом закрыл глаза.

Из многотысячного войска, которое он привёл в земли смерти, в живых не осталось никого. Раньше бы Артур почувствовал облегчение, ведь это значило, что ему не нужно было заниматься логистикой и вести их всех назад; теперь, однако, когда все соответствующие обязанности были на его генералах, мужчине было просто всё равно.

— Почему я выжил? — вдруг спросил юный маршал, потерянным голосом.

— Она защитила тебя, — ответил Артур.

— Она? — Релик снова открыл глаза. Он посмотрел на белоснежную куклу в руках мужчины.

— Её сестра, — поправил Артур, а потом добавил, не столько утверждая, сколько думая вслух:

— Она забрала у старика… Грюнвальда жизнь. Поэтому теперь сохранила твою. Считай это… Компенсацией.

Релик немедленно вздрогнул и начал подниматься, но снова голос Артура его прервал:

Релик поморгал и опять медленно улёгся на прах

— Я полежу, — прошептал юный марш.