Правила поведения под столом

Обхватила руками безвольное тело Озрэна, удерживая его от падения, и с ужасом почувствовала, как грудь колет осколками, а спасительная кровь Крафта стекает струйкой по животу, впитываясь в ткань платья.

Оззи я конечно же не удержала, и мы оба повалились на пол. Но лорд практически сразу же пришел в себя. Постанывая и держась за плечо, рыжий встал и как закричит:

– Эй, свечка бешеная! Сюда глянь!

Обозленный маг резко повернулся на окрик и замер. Потом начал вертеть и дергать головой и прорычал, с ненавистью глядя на Озрэна:

Сделал шаг в нашу сторону, и тут на него налетел пришедший в себя после очередного удара противник.

– Пошли отсюда, – тяжело опираясь на меня, проговорил Оззи. – Сейчас Родэр пологом их накроет. А дальше пусть порядчики разбираются.

Мы вышли из ресторана, Эрингор сразу же заблокировал здание магическим пологом. А к нам кинулась Зида. Помогла довести Озрэна до стоящей неподалеку беседки и встревоженно спросила, глядя на мою грудь:

Я тоже посмотрела на себя. Светло-голубое платье на груди и животе было запачкано кровью.

– Нет, это не моя кровь. Кулон разбился, – прошептала, холодея от ужаса.

– Вот же гадство! – выругался Оззи. – Запасного у тебя конечно же нет?

Я отрицательно покачала головой. Озрэн отмахнулся от пытающейся вылечить обожженное плечо Зиды и громко произнес:

– Все быстро – в «Утонченные развлечения»! Род, бросай этих петухов к бесам. Пусть порядчики сами разгребают. У Арики связующая капсула разбилась. Надо успеть, пока кровь не высохла, иначе Крафта раскроют.

И мы почти бегом помчались в то самое здание с зеркальной комнатой. Прошли по тому же коридору и так же, как и пришли, вернулись в комнату Оззи через зеркало. Ребятам приказали разойтись по комнатам, а меня поволокли на первый этаж, а потом ниже, в подвал. Там находилось что-то вроде лаборатории.

– Ложись! – отрывисто приказал Эрингор, указывая на кушетку.

Озрэн в это время что-то быстро строчил на клочке бумаги. Потом свернул листок, положил его в металлическую чашу, сыпанул сверху белого порошка с резким неприятным запахом и что-то произнес над чашей, направляя магию на послание. Над чашей поднялся густой белый пар, а когда он развеялся, листка уже не было.

Вернулся отходивший к столу Эрингор. В его руке сверкнул небольшой тонкий нож.

– Прости, малышка, но крови нельзя дать высохнуть, а разбавлять ее можно только твоей. – Было видно, что Родэру самому все это очень не нравится, но изменить он ничего не может.

– Я все понимаю, – произнесла, протягивая левую руку, повернутую вверх внутренней стороной запястья.

Подошел Озрэн, присел рядом и со словами: «Так будет меньше боли!» – обхватил руку ниже локтя.