Правила

Различий между нами будет достаточно для сплетен, не говоря уже о том, что если я сделаю попытку изменить свой обычный внешний вид в честь упомянутого события. Это бы только заставило меня казаться еще более жалкой.

Но я не хочу давать никому поводов усомниться в нашей уловке. Я должна была поверить, что это по-настоящему. И свидание с Зейном Брэдшоу, даже если это было «свидание», было большой причиной, чтобы приложить больше усилий к своему внешнему виду. Так что, мне придётся сыграть роль обманутой — подобрать дурацкий оптимистичный наряд и прочее.

Я закрыла свою дверь, надеясь, что комфорт моей комнаты и мои вещи успокоят меня.

Потребовались годы, чтобы приспособиться к идее, о месте, которое было моим и вещи, которые принадлежали мне. Я прошла через фазу, когда просила постельные принадлежности и ярко украшала их, самыми неприятными цветами, которые только могла найти. Я не хотела, чтобы во всей комнате, был хотя бы квадратный дюйм белого цвета. Я также держалась за все «моё». Пустые контейнеры из-под еды и обертки, сломанные вешалки, одежда, из которой я выросла.

Мой отец, надо отдать ему должное, не давил на меня, за исключением, когда просил избавиться от пустых оберток от еды.

И через пару лет, я нашла лучшее равновесие.

Мой комод и стол были в основном свободны от беспорядка — мне нравилось быть в состояние с первого взгляда сказать, если что-то было передвинуто в мое отсутствие, чего до сих пор не случалось. Стены были на верху — бледно-синего цвета и светло-коричневого внизу — Небесная Утренняя Синева и Античный Песок, по заявлению производителя красок. Кровать, задвинутая в угол между окнами и дверью — я буду застигнута врасплох — была покрыта дюжиной подушек и пушистым стеганными одеялам, в два раза больше необходимого размера.

После стольких лет в белой комнате и кровати с колючими простынями, это было роскошным спасением, местом, где мне не нужно ни перед кем притворяться. И оно никогда не подводило меня, заставляя чувствовать себя лучше, безопаснее.

За исключением сегодняшнего вечера.

Тревога билась вокруг, как птица в ловушке внутри моей груди, когда я открыла свой шкаф. Проблема с переодевание для «свидания» среди прочего, была в том, что мой гардероб состоял из непрерывного потока невзрачной одежды, безликих футболок (с длинными и короткими рукавами) различных приглушенных оттенков, и мягких свитеров для носки зимой.

Ничто из этого не вызовет восхищения или зависти, но ничто из этого также не станет причиной насмешки.

Была и другая одежда, которую я хотела — мягкие ткани ярких цветов на безликих манекенах в витринах магазинов, по телевизору, и интернету. Но я не купила ни одну из них. Это больше чем трагедия, видеть их висящими в своем шкафу, и не иметь возможности одеть.