Право на счастье (СИ)

«Не родись красивой» — известная истина… Казалось, что ее жизнь предопределена с рождения до смерти: она должна была стать верной супругой и добродетельной матерью, но судьба сделала крутой поворот. Что делать, если красота и чистота становятся проклятьем. Когда ничего, кроме боли, не приходится ждать от судьбы. А вокруг только хищники, для которых Катарина — лишь добыча. Казалось бы, только такой же сильный и властный хищник может вырвать ее из порочного круга. Сумеет ли та, что прошла отчаяние, насилие и боль выжить и бороться за право на счастье. И что уготовано ей, наследнице княжествах, в награду за испытания?

Город спал в сиянии уличных фонарей, а двое влюбленных, держась за руки, бродили от улицы к улице, не желая расставаться. Они целовались на ветру у пристани, прогуливались по городскому парку, неторопливо переходили от статуи к статуе в главном храме империи… И слушая задорный смех девушки и счастливый голос мужчины, никто и не подумал бы, что в недорогих черных плащах бесшабашно гуляют император Ратасса и княгиня Гаоры.

Хассиян рассказывал о городе, о зданиях и людях, которые их строили, а Кати восторженно слушала, и чем больше знакомилась с удивительной столицей империи, тем удивительнее ей казался древний Дархаран.

— Этот город на тебя похож, — неожиданно сравнил Ян.

— Почему? — изумилась как никогда счастливая Кати.

— Его столько раз завоевывали, но Дархаран всегда восстанавливался и с каждым разом становился крепче и прекраснее… Как и ты. — В темноте блеснула его белоснежная улыбка. — Я все верно понял?

— Возможно, — уклончиво ответила девушка, — а с чем можно сравнить вас, мой император?

Он усмехнулся и повел ее вновь к главному храму, на площади перед которым они гуляли в момент разговора.

— Вот! — Хассиян величественно указал на не менее величественное, чем его жест здание главного храма, — но я лучше! И моложе… И не столь продажный и…

— Значительно привлекательнее, — не удержалась Катарина.

Притворно-грозное рычание императора, и Кати со смехом бросилась прочь, спасаясь от гневного Яна. Он без труда догнал, подхватил на руки и, закружив визжащую от восторга девушку, резко прижал к себе и тихо прошептал:

— Счастье ты мое… где же ты столько лет была?

— Я была в аду, — прошептала Катарина, — в мрачном подземном лабиринте без выхода и права на смерть, а сейчас…

— Сейчас, что? — переспросил Ян.

— Боюсь поверить, — девушка улыбнулась и положила голову на его плечо.

— Одно твое слово… — намекнул император.

— А кому посвящена эта статуя? — Кати указала на мраморное изваяние девушки, словно застывшей на краю обрыва и прижавшей руки к груди, перед тем как упасть в пропасть.