Право на страсть (СИ)

— На все согласен, — выдохнул я, забывая и о клиентке, и о том, что до конца рабочего дня еще несколько минут, а в офисе полно ребят, которые попрятались по углам, чтобы не встречаться с буйной дамочкой, потрепавшей всем нам нервы.

— Руслана Громова! — вновь подала голос та самая буйная дамочка.

И тут я совсем некстати вспомнил, что Диана словно невзначай расстегнула пуговицу на блузке после ухода мужа, а вырез на юбке открывал слишком много. Словом, я вдруг реально испугался, что моя прошлая слава даст знать о себе именно сейчас, когда у нас с Русланой все замечательно.

— Валентина Лопухова! — нараспев проговорила Руслана, на миг дезориентируя меня. — Ты ни капли не изменилась! Ну разве что грудь немного подросла.

Валентина? Как это? Ведь была вроде Дианой.

— Грудь-двоечка осталась в далеком прошлом, как и Валька Лопухова, — махнула рукой красотка. — Диана мне нравится больше. А ты, я вижу, тоже стала другой.

Руслана настойчиво потянула меня обратно в кабинет. Я не стал возражать. Если моя жена хочет развлечений, отказать ей просто не было сил. И потом, если верить уверенной ладошке в моей руке, и тому, как, не стесняясь, моя ведьмочка льнет к моему боку, сцен ревности не будет.

— Русенька, выходит, ты знакома с нашим клиентом? — невозмутимо произнес я, когда Руся, игнорируя свободный стул, как и любую другую мебель, привычно устроилась на моих коленях. Я тут же накрыл одной ладонью округлый животик, а второй принялся поглаживать поясницу.

Еще пару минут — и Руся замурлычет, точно довольная кошка. Эти ее нежные звуки жутко заводили меня, отбирая остатки разума. И мне уже было совершенно плевать, даже если бы на месте Дианы сейчас оказался сам Папа Римский.

— А Проша, значит, твой…? — с легким налетом разочарования влезла со своим замечанием дамочка.

— Прохор Тимофеевич, — ледяной голосок Русланы моментально испортил дамочке настроение, а меня заставил напрячься. — Значит, мой. Муж.

Руся припечатала последним словом, расставляя все точки над «i». А меня напряжение не отпускало, лишь сильнее сжимало стальными тисками нутро.

Боже! Надеюсь, она не считает, что у меня и этой мымры что-то было!

— Люблю тебя, Русь, — зашептал я на самое ушко.

Руся повернулась ко мне. Я уже морально готовился к тому, что вернусь к самому началу. К тому времени, когда между нами встали чертовы Ракель и ей подобные. Когда я бился головой в глухую стену и пытался докричаться до любимой. Когда мой мир больше напоминал ад.

И я был готов вновь и вновь доказывать жене свои чувства, свою верность и правильность ее выбора.

Но ничего этого делать не нужно. Взгляд Русеньки, моей солнечной и вредной девчонки, лучился нежность и лукавством.