Право на страсть (СИ)

— Осторожнее, Русенька, видишь, оступилась, — елейным голосом заметил Влад. — В жизни часто случаются непредвиденные события.

Я готова была высказать Неверскому все, что я о нем думаю. Объективно понимала, что отделалась легким ожогом. Возможно, следов и вовсе нет. На мне была довольно плотная одежда, которая спасла при соприкосновении с решеткой. Однако в глазах Влада определенно просматривалась угроза.

Вспыхнула мысль. Узнает отец — начнется война. А я сочла своим долгом разобраться с этой проблемой самостоятельно. Я — взрослая девочка, способная решать не только чужие проблемы, но и свои.

Мысли мчались стремительно. Решение я приняла быстро. Однако не учла, что у нашей «милой» беседы с Неверским был свидетель.

Влад не ожидал, что кто-то нападет на него. Неверский чувствовал себя вольготно и свободно. По его взгляду видела, что этот урод продумал все и делал ставку на мое молчание и нежелание конфликтовать открыто.

Реми, в отличие от меня, такими заморочками не страдал. Незаметно для Влада подошел ближе. И как удалось сделать это настолько бесшумно?

— Владик? — позвал Прохор почти ласково.

Я бы поверила, что Реми настроен вполне дружелюбно. Если бы не дикий, безумный блеск в глубине красивых глаз. В это мгновение Прохор стал точной копией старшего брата.

Влад дернулся, повернулся корпусом, но не успел выставить блок. Прохор от души впечатал кулак в холеную физиономию моего обидчика. И пока Неверский «переваривал» хорошо поставленный удар в лицо, Реми сделал совершенно неожиданную вещь. Я бы точно так не рискнула. Вернее, попыталась бы, но не справилась. С Неверским — определенно нет.

Реми перехватил Влада за шею, а затем стремительно впечатал его лицо в ту самую решетку, на которой еще минуту назад барахталась я.

И если меня спасла одежда, то Влада ничего не могло уберечь от соприкосновения с раскаленным железом.

— Что же ты так неосторожно, а, Владик? — совершенно чужим голосом прошипел Реми. — Оступился так неаккуратно.

— Сука! — рычал Неверский, пытаясь выбраться из захвата. Но Прохор не торопился выпускать свою жертву на свободу. — Ты покойник! Я тебя прикончу!

— Попробуй, — усмехнулся Прохор и разжал руки.

Неверский стремительно покинул комнату, а потом и дом.

— Зачем ты так? — пробормотала я, морщась. — Я сама способна справиться со своими проблемами…

— Повернись! — хлестко произнес Прохор.

Молодой человек дышал весьма странно, словно пробежал стометровку. Реми не стал ждать, пока я послушаюсь. Перехватил меня за плечи, развернул, стащил пиджак, дернул вверх свитер на спине.

— Что там? Ты только отцу не говори! Он убьет Влада. Я сама разберусь, — уговаривала я.

Прохор молчал. Я бы решила, что он там уснул.