Престидижитатор Сталина

Ты знаешь, кто мне в этом деле помочь может? Если я Ирину Васильевну попрошу…

— Я и сама выберу, если ты, конечно, не против.

В Туле я уже выстроил себе дом. Не чтобы жить, а чтобы было где остановиться, если туда по делам приеду. За домом следила семья стариков из Свиньино (то есть мужик лет так тридцати пяти с женой на год его моложе), там они со всеми детьми малыми жили и в доме всегда всё было готово к моему приезду. Или к нашему, так что на следующее утро мы с Алёной отправились «в губернию». А на следующее утро после приезда (до Тулы мы все же ехали почти шесть часов и изрядно устали) отправились в небольшой магазинчик, где нас встретил угрюмый и какой-то всклоченный мужик, явно мне кого-то знакомого напоминавший:

— Что господа желают? — и, не дождавшись от на ответа (Алёна мне инициативу передала, а я просто дико озирался в этом полутемном магазинчике), уточнил: — Или просто погреться зашли? За три копейки предложу вам чаю с сахаром, китайского, а ежели пряников пожелаете, то могу послать в лавку за ними…

— Вы скрипки продаете? — наконец разродился я идиотским вопросом. Идиотским потому, что вдоль стены было развешено с десяток скрипок (точнее, инструментов, скрипку напоминавших) и очень много других, ни на что мне знакомое, не похожих. Деревянных, из которых я опознал лишь домру — да и то, потому лишь что видел ее в оркестре, выступавшем у кого-то из помещиков.

— Пожалте, — мужичонка кивнул на развешенные инструменты. — Любой гудок за рубль, а саксонского виду или итальянского рубля за три, — и, увидев на моем лице явно читающееся сомнение, поспешил уточнить: — на ассигнации.

Сомнение у меня вызвали предложенные скрипки. Некоторые по виду были просто выдолблены из половинки бревна, некоторые напоминали гитары-недомерки, и лишь две по форме относительно соответствовали молим представлениям о скрипке — но, что меня удивило больше всего, все они были сделаны из свежеструганной доски. Да и пахли они именно напиленными досками…

В лавке было натоплено довольно прилично, а мы, несмотря на наступающий март, обелись в дорогу в тулупы. И в них же отправились в лавку, так как другой верхней одежды с собой не захватили. Однако париться я не захотел и тулуп распахнул — после чего разговор с мужичком мгновенно перетек в другое русло:

— Никита Алексеевич? Извините, не признал сразу. Вы кому скрипку приобрести желаете? В оркестр свой или в подарок кому?

— Жене. Она, думаю, и выберет, если найдется из чего выбирать.

— Примите мои искренние поздравления! А супруга ваша… — он перевел взгляд на Алёну.

— Алёна Александровна.