Притворись моей любовью

— Почему ты спросила?

Медленно, с трудом она проговорила:

— Потому что это правильно. А ты просил кого-нибудь о помощи, чтобы… чтобы не участвовать?

Я готов был дико расхохотаться.

Хотел объяснить, но как вместить в слова всю бездну?

— Иногда стоит просить о помощи.

Лайон ушла. Я замер, прислушался. Быстрые сердитые шаги удалялись.

Выдохнул, прислонился лбом к двери.

«Зачем я только сказал, что нравлюсь ей, зачем сказал про войну. Чтобы быть с ней честным? И чего я ждал? Что она примет меня?»

Ночью я улетел в замок, надеялся, что привычная обстановка успокоит меня.

«Если Лайон извинилась за своё поведение, то, возможно, мне тоже надлежит извиниться. Не стоило проводить тот эксперимент с поцелуями. Пожалуй, надо сделать Лайон подарок. Пусть примет за издёвку, всё равно».

Я искал полночи что-нибудь подходящее. Книги, украшения, уникальные цветы, всё это было не то, всё это ей может подарить кто угодно. Наконец нашёл: на глаза попался кусок редкого лунного кристалла, и у меня возникла превосходная идея.

Я схватил кристалл, помчался в Академию и сразу принялся за работу. Но всё оказалось гораздо сложнее.

Искры сыпались неравномерно, цвета в кристалле перемешивались в грязное пятно, а поверхность местами мутнела, стоило коснуться.

Я всё больше злился. Мне хотелось как можно быстрее отдать подарок Лайон и увидеть, как она отреагирует.

«Её глаза наполнятся радостью или отвращением к подарку? И ко мне».

В очередной раз заклинание сработало не так, как мне хотелось, и кристалл покрылся сажей. Чёрная магия брала своё, вступала в противоречие с заклинаниями несвойственной мне природы.

Я со злостью сжал кулаки и вскочил с места.

А потом рассмеялся глупости ситуации.

«Я! Нервничаю! Из-за того, что не могу сделать украшение! Для девушки! Ещё и фейри! Если бы кто-нибудь сказал такое мне месяц назад, я бы вдоволь над ним поиздевался. А теперь веду себя как… как Брам! Кстати, где он? Давно не слышно его нытья про «когда уже Грани будут работать?». В последние дни дракон ни разу не появился».

Перед занятиями я отловил Витальго, своего ученика и по совместительству друга Брама, и спросил, где носит негласного победителя конкурса вспыльчивых и чешуйчатых.

Даже с таким описанием Витальго меня быстро понял и сказал, что Брам уже второй день не выходит из башни из-за Мадлен Шантиль.

— Он там заперся и сидит. А давайте взломаем башню Брама, а, господин преподаватель, и вытащим его оттуда? — Андреас с надеждой смотрел на меня.

— Витальго! Через полчаса практика. И раз у тебя столько неуёмной энергии, то сегодня бежишь шесть дополнительных кругов. И в пару на отработку встанешь со мной. Иди, можешь начинать разминаться.

Перед тем как отправиться на спортплощадку учить этих охламонов, я завернул к Кадуму.