Притворись моей любовью

— Пойдём, кое-что покажу, — позвал я её за собой после завтрака.

По широкой парадной лестнице, на которой Лайон проторчала несколько минут, разглядывая огромный цветной витраж, я привёл её в свою сокровищницу. Знакомый запах кожи, воска, чернил мгновенно улучшил моё настроение.

— Это твоя библиотека? — спросила Лайон, увидев бесконечные полки книг.

— Кабинет. И моя коллекция. Только старинные, редкие и незаурядные. Я полжизни их собираю.

— А сколько это — полжизни? Сколько тебе лет?

— Не волнуйся, — усмехнулся я, уходя от ответа, — демоны, как и фейри, живут долго.

Слабо звякнуло, спадая, защитное поле. Я подвёл Лайон к полкам с самыми дорогими книгами и позволил посмотреть всё, что ей хочется, а сам сел в кресло рядом. Наблюдая за Лайон, я не переставал удивляться, как так получилось, что я добровольно позволил сюда кому-нибудь зайти. И ведь это не просто кто-нибудь, а моя… э-э-э… Избранная? Истинная? Наречённая?

Конечно, Лайон потянулась за самой яркой книгой — в бархате, золоте и драгоценных камнях — «Драйг'с Дефортай», бесценный сборник «Драконьих ритуалов». Когда-нибудь расскажу Лайон судьбу этой редчайшей книги, но не сейчас, а то расстроится. Она и так на пределе. Слишком много ей досталось за последние дни: Осор, Конлет, отречение семьи. Неразрывная связь со мной и её страх. Обида и тревога, уже мои собственные, закопошились внутри, но я загнал их поглубже. Тень есть у всех, и надо уметь её принять и в себе, и в другом. Я знаю, она поймёт, что не зря судьба свела нас.

Лайон вытащила следующую книгу. Ей оказались «Напутствия некроманту». Страницы сами распахнулись на иллюстрации: тусклые фосфорические тени впиваются в гниющую плоть. Лайон резко захлопнула книгу побледнев, и я сразу подсунул ей «Истинную природу ума». Этот бред сумасшедшего вампира, жившего девять столетий назад, производил огромное впечатление и обычно заставлял заливаться безудержным смехом.

Зато когда Лайон вытянула наугад и открыла гномьи «Преимущества низкорослых мужчин в любовных утехах» она густо покраснела, и я сразу уловил острое смятение, то самое, которое мучает её со вчерашнего дня. Я застыл, пытаясь не дать убежать озарению. А если я не прав? Вдруг Лайон боится не меня, а влечения и близости?

Сейчас проверим! Я встал, сжал Лайон в объятиях, зашептал любовные благоглупости ей на ухо. Но чем жарче становились слова, тем Лайон смущалась всё больше и отвечала только робкой улыбкой. Зато стоило мне отступить, её плечи чуть расслабились.

Всё так, она боится нашей близости. А я уже себе надумал. Неиспорченная наивная девчонка. Совсем забыл, что ей едва больше двадцати. Этой бабочке только предстоит выбраться из кокона. Что ж, такая игра мне нравится. От ожидания аппетит лишь разыгрывается.