Притворись моей любовью

– Да пригни ты голову, если она тебе хоть немного дорога!

«Ну что за дуралей! Не хватало ещё тратить силы на его лечение».

Брамион с сумкой наперевес нырнул в портал. Я оглянулся, поймал взглядом бумажные шарики, валяющиеся у ног, и сжёг их. Никаких улик оставлять нельзя. Стенки портала давили на руки так, что трещали кости. Я сгруппировался и, прежде чем проход закрылся, проскочил внутрь.

Тело потряхивало от перенапряжения. Даже думать не хотелось, сколько сил я потратил и хватит ли их на быстрый поиск. Было темно, но Брамион во все глаза смотрел на меня. Проклятущие драконы, как и демоны, хорошо видят во мраке. В надежде преодолеть усталость я нарочито небрежно прислонился к стене и, чтобы Кадум не заметил слегка подрагивающие от перенесённых усилий руки, спрятал их в карманы. У меня не должно быть слабостей. Кто слаб – тот мёртв.

— Сначала ищешь кошку. Следишь за ней. Она наш обратный билет, – распорядился я.

Кадум кивнул. Хоть в этот раз не стал задавать вопросы. Мы взбежали по короткой лестнице, в конце которой Брамион поймал и запихнул мурлокса в сумку. Едва мы вошли в гостиную МакКоллина, как я сразу же раскинул поисковые руны, и багровые линии загорелись в полутьме. Они мерцали, пульсировали, исчезали одна за одной. Ничего. Здесь тайников нет. Кадум с любопытством вертел головой.

— Пусто. Ищем дальше. И ничего лишний раз не трогай, Брамион.

— Звучишь как моя матушка. И зови меня Брам, мы же теперь подельники. – Он усмехнулся, хлопнул меня по плечу, но понял, что хватил лишнего и убрал руку.

— Расходимся. Иди направо, я налево.

— А почему ты налево?

«Не доверяет? Пытается контролировать. Ну-ну!»

— Потому что ты налево уже сходил, Кадум. Именно поэтому ты здесь.

— Никуда я не ходил! Не было измены, ты же сам сказал…

Брамион даже кулаки сжал, нахмурился, и его горячность позабавила меня.

Я не успел дойти до следующей комнаты, но он снова остановил меня.

— Доментиан! Смотри! – Я резко обернулся, готовясь к неприятностям, но Брамион уставился на большущий ящик холода в гостиной. – У него тут кровавый буфет!

Кадум, как дурачащийся ребёнок, сморщился и высунул язык от отвращения.

— Интересно, а коктейли он делает? Или супы? Так и знал, что вампиры…

— Ладно, ладно, иду.

Назначение следующей комнаты, в которую я вошёл, было непонятно. Почти без мебели, только книги и большие витражные окна. Ну не комната же это для молитв, вампиры ни во что не верят, только в своё величие. Руны побежали по стенам. Снова ничего. Я сжал зубы, чувствуя, как внутри разливаются злость и отчаяние. Закрыл глаза. Импульс, и руны раскинулись по потолку: если тайник на крыше, это станет ясно. С каждым мгновением рун становилось меньше, пока все не растаяли без следа. Значит, и там пусто.