Приверженная

Имела ли я права на подобное? И что это, если не ревность? Но после поцелуя в спальне Лизы во мне что-то словно рухнуло… Я больше не хотела боли, нервов и предательства. Мне нужен был покой. А Шакалов, кажется, готов был мне его сейчас подарить.

— Мне не важно, что там с Викой. Меня она услышала и это главное. — отмахнулся мужчина. Я видела, как нервно он сжал вилку и как его жевалки играют на фоне отблесков белых фонарей. — Зачем этот ужин? Я должен знать, что именно ты хотела им сказать.

Конкретика — второе имя Шакалова. И я готовилась к этому вопросу, тем не менее ему все равно удалось выбить меня из колеи. Налив себе воды из графина, я нервно осушила бокал и только после этого пробормотала:

— Я устала, Кирилл. Устала бежать, догонять, быть одной и никому не нужной… Ранее я делила мир на черное и белое. Какое-то время это прокатывало и течение несло меня в перед, а потом появился и ты все мои понятия рухнули. — зажмурившись, я прикусила губу, в который раз думая над тем, стоит ли говорить все, что было на душе. Но то, что Кирилл пришел — уже говорило о многом. — Ты изменился. Я чувствую это и вижу. И пусть это не значит, что прошлое забыто, я… Вижу тебя по-другому. Я чувствую что-то к тебе. Не знаю, что это… Не похоже не на что, что я испытывала прежде. И я устала чувствовать себя виноватой за это! Устала корить, ненавидеть и презирать. Кому это нужно? Мне от это не легче! Так что там, в спальне, я заставила себя запереть прошлое на сто замков. Пусть оно будет там… Где-то далеко, куда не достать рукой. — непрошенные слезы появились на щеках, и я подняла взгляд, чтобы оценить настроение Кирилла. Рот его был слегка приокрыт, а дышал он так глубоко, словно воздуха катастрофически не хватало. Его пальцы нервно растягивали ворот рубаки, будто тот его душил, а лицо покраснело и покрылось испаринами. — Я хочу начать с начала. Так, словно мы познакомились вчера. Это решение было сложным и подобного больше никогда не будет. Так что, прошу, не обмани меня и мое доверие. Не сделай так, чтобы я пожалела о своем решении.

На какое-то время повисло молчание. Оно словно обволакивало нас, время и этот сад, превращая его во что-то вечное, растягивая секунды на часы и годы… Как вдруг Шакалов повернулся и сказал лишь одно слово:

Растерянна, заплаканная и нервная, я совсем не понимала, что он хочет и имеет ввиду. Сотни мыслей пронеслись в голове, но так и не получив ответа, я осторожно протянула:

— Не понимаю. Что «где»?

— Ты хочешь начать все с начала. С чистого листа. — кратно пояснил он. — Где бы ты хотела, чтобы мы познакомились? И самое главное, как?

— Это так важно? — я пожала плечами в растерянности, а мужчина кивнул. В чем-то он был все же прав. Наше знакомство с ним выдалось не самым радужным… — Ты можешь выбрать сам.