Продана в жены

Светлые глаза смотрели на меня с нескольких сантиметров. Сегодня он убрал волосы назад и скрутил их в короткий хвост, но прядь выбилась и упала на лоб. От чисто выбритого лица пахло незнакомым, но терпким мужским парфюмом.

Он был один. Без Алайны.

— Да, — пролепетала я.

Зверь порочно улыбнулся. Я автоматически взглянула ему на губы, затем в глаза, покраснела от их выражения и повернулась обратно к залу, твердо решив, что больше не буду крутить головой. Ему невозможно смотреть в глаза: кажется, он постоянно думает о сексе. И не поймешь, то ли фантазии это, то ли так и есть на самом деле.

Я слышала шорох ткани его пиджака, ощущала случайные прикосновения, когда наши руки соприкасались на подлокотнике. Он разговаривал с гостями. Из-под опущенных ресниц я взглянула в их сторону. Моего «отца», как я боялась, не было.

Двое незнакомцев в возрасте около пятидесяти. Белые виски, дорогие костюмы — наверное, крупные бизнесмены. Третьим был мэр. Я глазам своим не поверила! Мэр города в ВИП-ложе «Авалона» собирается смотреть кровавый бой!

— Наденька, — громко попросил он. — Мой любимый виски.

Я покосилась на Руслана.

Так и не рассмотрела его толком. При первой встрече была слишком перепуганной и ошеломленной встречей с отцом. И сейчас стесняюсь смотреть прямо.

— Ровно шесть, — низко вздохнул Руслан. — Начинаем.

Он поманил пальцем и к нему подскочила девушка с микрофоном.

Руслан забрал его, поднялся, откашлялся и начал с видом, словно привык выступать перед публикой:

— Дамы и господа, добро пожаловать в «Авалон», — отзвуки раскатывались по залу, все затихли, слушая Руслана. Его голос разносился уверенно и жестко, проникая во все уголки, прожектор выделил на балконе фигуру. — Мы начинаем сентябрьские бои. Хочу представить вам особую гостью…

На последнем слове тон упал вниз.

Когда я осмелилась посмотреть на Руслана, он протягивал мне руку. Сам взял мою кисть с подлокотника и заставил встать. Я зажмурилась, когда в меня ударил свет прожектора и платье засияло на балконе… На меня смотрели все. Весь зал!

— Лилия Девин, старшая дочь основателя империи «Девин».

Я к такому вниманию не привыкла.

— Севастьянова, — выдавила я.

Не хочу быть его дочерью!

От света софитов я зашаталась, только твердая ладонь Руслана, которой он сжимал мою руку, уберегла от падения. Свет слегка померк — хозяин говорил, и луч вновь устремился к нему. Я могла смотреть и не слепнуть. Руслан — здоровый, матерый мужик. Хотя ему вряд ли больше тридцати пяти. Я думаю, даже меньше. Красивый. Но не модельной красотой, а настоящей, мужской. Такое лицо скорее увидишь в армии, чем на обложке…

Я смотрела на него. Щурились от белого света, но смотрела. На крупные, правильные черты лица, щетину на подбородке. Руслан выглядел таким серьезным.