Против нее

Я отворачиваюсь и выхожу из дома, запираю и закрываю дверь. Какое-то время стою на крыльце. Все ощущается иначе. Ночной воздух — приятно прохладный и влажный. Небо — чистое, на его чернильно-чёрном фоне сияют яркие точки звёзд.

Я перерождаюсь. У меня впереди целая жизнь. Благодаря его смерти я могу забыть об ужасах прошлого и двигаться дальше.

Как ни странно, я не чувствую сожаления.

Но даже когда я говорю себе, что все наконец кончено, меня мучают противоречия. Я снимаю перчатки. Я знаю всё о мерах предосторожности. Я знаю, что нельзя оставлять отпечатки.

На секунду я думаю, не оставить ли здесь орудие убийства, ведь это его пистолет. Но нет, я кладу его в карман вместе со скомканными перчатками. Я не буду рисковать.

Мало ли. Вдруг это не конец моих бед, а начало.

— Шериф Таггерт, код одиннадцать.

Бри выбралась из машины. Дом стоял на небольшом возвышении, откуда открывался приличный вид на ферму. Вблизи постройки выглядели ещё хуже. Кто-то явно пытался — но по большей части безуспешно — навести здесь порядок. Облупившаяся краска, отбитая черепица и сломанные доски забора — всё давало понять, что дом был старым, давно обживался и плохо обслуживался.

Кажется, когда-то он был белым, но теперь стал унылого тускло-серого цвета.

За домом стоял большой сарай, кое-где сохранивший неясные следы тёмно-красной краски. Ограждение вокруг двух больших пастбищ по большей части было порушено, но зато небольшой газон рядом с амбаром был недавно выкошен. По грязному участку у ворот бродило штук шесть коз. Бри мало что знала о козах, но животные казались беспокойными. Куры тоже гуляли, где хотели.

Она заметила, как к сараю крадутся несколько кошек.

Что-то здесь было не так. Она чувствовала это — какое-то странное, витающее в воздухе противоречие между взбудораженными козами и клюющими цыплятами. Согласно налоговым и автомобильным записям, Камилла Браун, семидесяти лет, владела недвижимостью и проживала здесь, но единственными признаками жизни были эти самые козы, куры и кошки. Здесь было так же пусто, как на заброшенной ферме по дороге от фермы Бри.

Бри позвонила миз Браун на стационарный и на мобильный телефон.

Когда никто не ответил, оставила сообщения.

Мысль о том, что она найдет тело миз Браун, угнетала Бри, и она почти пожалела, что вообще приняла этот вызов. Но остальные были заняты, смена подходила к концу, а ферма была ей как раз по пути домой, так что она согласилась. К тому же после целого дня переговоров о планах ремонта и расширении участка шерифа ей хотелось сбежать из офиса, как заключённому, только что получившему условно-досрочное освобождение. Планы были захватывающими.