Попаданка для Дракона, или Жена любой ценой

Вот вам и супружеская жизнь — сплошные разочарования. Не передать, как сильно я разозлилась на Аршера. Повезло ему, что он уехал в столицу. Для его же безопасности пусть в ближайшее время не возвращается. Порву.

— Аннабель, — позвала я призрака, — теперь ты можешь рассказать о себе? Хоть немного? Алана говорила, что печать молчания спадает, когда кто-то узнает правду.

— Что ты хочешь знать? Спрашивай, я посмотрю — смогу ответить или нет, — предложила призрак.

— Ты — Моргари, родилась и выросла в этом замке.

— Когда-то очень давно, — кивнула она.

— Судя по всему, ты жила хорошо. Твой наряд, украшения — все дорогое.

— Я ни в чем не знала отказа, — согласилась она. — Была единственной и любимой дочерью.

— А потом что-то случилось… — пробормотала я. — Что-то ужасное, что рассорило тебя с семьей и заставило проклясть свой род."

"— Об этом я пока не могу говорить, — с горечью призналась Аннабель. — Мне очень жаль, но тебе придется это выяснить самой.

— Но ты хотя бы можешь намекнуть, кто наложил эту дурацкую печать молчания на тебя? — всплеснула я руками.

— Тот, кого я прокляла, — ответила она. — Мой отец и братья не хотели, чтобы кто-то узнал об их поступке.

Что же такого ужасного они совершили? Я поежилась. Впервые задумалась — а хочу ли я выяснить правду? Ведь Аршер тоже замешан, а у нас только все налаживается.

Но прятать голову в песок — это не про меня. Сегодня я сделаю вид, что проклятия не существует, а через десятки лет мой сын столкнется с ним лицом к лицу. Нет, я так не могу. Я обязана во всем разобраться.

У меня была подсказка — рычание. Оно точно связано с якобы землетрясением. А началось все именно в тот момент, когда я увидела портрет Аннабель. Едва ли это совпадение.

Остался сущий пустяк — найти источник рычания. Но сперва надо привести себя в порядок, обработать раны, подкрепиться и передохнуть. Потому что на это приключение понадобятся все мои силы.

На выполнение всех пунктов ушел остаток дня. Горничная, которую прислал мажордом, помогла мне снять порванное платье, принять ванну и смазать мои раны каким-то вонючим составом. Запах был ужасный. Исчадие с ее тонким собачьим нюхом отказалась подходить ко мне. Зато боль прошла мгновенно.

Через час я снова приняла ванную, на этот раз чтобы смыть с себя остатки дурно пахнущего лекарства. Большинство средних синяков исчезли без следа. Остались только самые крупные раны, но и те уменьшились наполовину. Волшебная мазь!

Обедала я в покоях, а потом и ужин попросила принести сюда же. Развалившись на кровати, мы на пару с Исчадие хрустели солеными крекерами и обсуждали с Аннабель дальнейшие действия.

— Рычал кто-то крупный, — размышляла я вслух. — И судя по распространению звука, он где-то неподалеку.

— Тяв! — поддержала Исчадие.