Пташка для тигра

Всю одежду он скинул у порога в кучку, а потом так же молча повёл не к кровати, как я предполагала, а в ванну.

Комната оказалась противоположностью спальне. Черный кафель и белая ванная, и она уже была наполнена. Так он искупать меня хочет? Неожиданно! Даже как-то от сердца отлегло.

– Залезай,– очередной приказ, и вот его я выполняю с радостью. Без лишних слов погружаюсь в воду, и вздыхаю с облегчением, так как он не присоединяется.

Он отходит к шкафчику и что-то там ищет, пока я наслаждаюсь водой и рассматриваю комнату. Здесь стояла душевая кабина и сауна! Наверное, это здорово, когда хочешь согреться. Белая раковина с огромным зеркалом, правда, шкафчики вдоль стены чёрные, и почти сливаются с ней.

Интересно, а что будет дальше? Ну, помоюсь я, а потом? Предполагать, что меня возьмут против моей воли, не хотелось. Но что может ещё интересовать мужчину в женщине?

Взглянула на хозяина, который достал губку и маленький тюбик с чем-то голубым и прозрачным. Шампунь? Думала, он отдаст это мне, но как бы не так. Мужчина ловко справился с пуговками на рубашке и снял её под моим испуганным взглядом.

Молча подошел, и сел на колени рядом с ванной. Намочил губку и, выдавливая немного шампуня или геля, вспенивает её.

– Сядь на край ванны,– спокойно говорит он, подавая руку. Смотрю на неё, как на змею, но даю свою конечность и встаю.

Я сидела на бортике, а меня медленно намыливали, и я и впрямь почувствовала себя зверюшкой! Мужчина ничего не говорил, да и лицо его было непроницаемо, словно он моет не человека и девушку, а лишь вещь. Чем я, наверное, и являюсь.

Но я-то всё чувствовала! Как его руки скользят по груди и намыливают её. Они задевают возбужденные соски, и я чуть не стону. Тело само откликалась на него, хоть голова и говорит, что так неправильно. Губка скользит по спине, по позвоночнику, вызывая мурашки и жар одновременно. Намыливает ягодицы с каким-то фанатизмом, словно я там чересчур грязная, а потом губка скользит к пульсирующей женственности.

Сколько я прочитала романов, и там много было моментов про принятие ванны, и вот я жду что-то подобное, но увы. Губка скользит по возбуждённой плоти пару раз, и всё. Мне кажется, я даже простонала от обиды.

– Садись, сейчас вымою волосы,– звучит заботливо, и я расслабленно сажусь обратно.

Он берет душ и смывает пену с плеч, а потом, когда я откидываю голову, мочит волосы. Мне моют голову, как в дорогом салоне, и я даже забываю на минутку, что я здесь пленница, а не хозяйка.

Странное мытьё длилось на удивление долго. Меня отмывали так тщательно, словно я была какая-то грязнуля и месяц не мылась. Что меня очень опечалило, а язык сказал фразу раньше, чем я даже успела подумать.

– Думаете, я такая грязная была?– спросила и поджала губы, принимая огромное белое полотенце.