Путь одиночки

— Ты их заметил? — удивился он, выворотив и без того толстые губы.

— Да их трудно не заметить, — хмыкнул Данила. — Вы б еще полковой оркестр сюда привели и заставили играть наш гимн.

— Тогда… — По лбу майора пошли морщины, отображая напряженную работу мысли. — Тогда на хера ты сюда приперся?

— Поговорить, — невозмутимо сказал Данила.

— Поговорить… Ты, я смотрю, капитан Астрахан, вообще умом тронулся. Ты хоть понимаешь, что ты в розыске? Ты в курсе вообще, что происходит?!

— А ты меня просвети, майор.

— В общем, так! — выдохнул Гриценко. — Ты объявлен дезертиром. Твой отряд числится пропавшим без вести. Отдел внутренних расследований занимается фактом перестрелки на подпольном складе некоего Цыбулько. Менты ищут кого-то очень на тебя похожего, отметелившего пару их ребят на Ленинградском вокзале. Ротмистров бегает вторые сутки — и Гаевского на уши поставил, и всех ребят настропалил. Тебя велено брать живым или мертвым. По неофициальной наводке, предпочтительнее мертвым. И про Тверь странные слухи ходят — дескать, ночной прорыв там был позавчера, наших людей чуть не утопили, патрульный катер взорвали… А теперь ты мне скажи, зачем пришел. Сдаться хочешь?

— Не совсем. Поговорить.

— Во дурак… — сморщился сильнее прежнего Гриценко. — О чем поговорить? Ты хоть понимаешь, в какое дерьмо вляпался? Сдайся сам, добровольно, приди с повинной — глядишь, не шлепнут тебя при попытке к бегству, до трибунала доживешь. А там разберутся… может быть…

— Да нет, — хмыкнул Данила. — Спасибо, конечно, но трибунал в мои планы не входит. Я хочу о Ротмистрове поговорить…

Словно услышав фамилию Ротмистров, лампочка в настольном торшере мигнула, и на пару секунд все «Евробистро» погрузилось во мрак. Никто даже выругаться не успел, а электричество появилось снова, загудела кофемашина; правда, лампы загорелись в полнакала.

— А чего о нем говорить? — испуганно понизив голос, спросил майор. — Тебе-то какое дело до Ротмистрова?

— Это он меня подставил, — ответил Данила.

— Ну да! — не поверил Гриценко. — Прямо-таки подставил! Делать ему больше нечего, как капитана Астрахана подставлять!

— У него бизнес в Секторе.

— Ну и что? У всех бизнес в Секторе! У последнего, мать его, прапорщика на КПП — и у того бизнес в Секторе! Блин, да даже у твоего папаши, по слухам, есть бизнес в Секторе…

— Папаша тут ни при чем, майор. Я сейчас говорю про Ротмистрова. Он подставил меня и мою группу. Я из-за него потерял троих бойцов. Хороших, проверенных бойцов.

Майор засопел обиженно. Свет мигнул еще, а из-под пиджака Гриценко раздалось характерное потрескивание радиопомех — видимо, Московское сияние усилилось и рация не выдержала. Похоже было, что в Секторе серьезный Всплеск и волны все-таки докатились до Москвы.