Путь одиночки

Крутит лопастями вертолет — медленнее, медленнее, борется с подступающей темнотой, но темнота плотная, обволакивает, успокаивает, смыкается, и больше ничего не видно.

Снова воет сирена, что-то рокочет. Влада открыла глаза: серо. То ли рассвет, то ли закат, место незнакомое. Последнее, что она помнила, — как мерзла в электричке, а пронзительно-синее небо меняло цвет на бурый, рядом были Момент и Данила… Как же его фамилия? Анадырь?.. Архангельск?.. Астрахань?..

Значит, это его дом. Приподнявшись на локтях, Влада осмотрелась: кровать с шелковыми простынями, шкаф-купе и «плазма» под потолком. Двери деревянные, стены идеально ровные, украшенные картинами абстракционистов, и чутье подсказывало — оригиналами. Блин, круто живет товарищ Астрахан!

Или все-таки это не его дом? За ним охотятся, и приходить домой небезопасно. Тогда что это? Логово Момента? По стилю не подходит. Гостиница? Тоже не вариант. Что же это за место?..

Поднявшись, Влада ухватилась за спинку кровати — голова закружилась, — постояла немного и подошла к окну, за которым раскинулся сад: золотая листва облетела с деревьев и качалась на воде декоративного пруда. За облысевшими кустами просматривались огромные ворота, у которых толпились мужчины в кожанках. В руках у них были то ли стволы, то ли палки — издали не разобрать. И забор — высоченный, с колючкой — впечатлял.

Все-таки чей это дом? Неужели Ротмистрова? Но почему тогда она жива и что с Моментом и Астраханом? Влада толкнула дверь — заперта, чего и следовало ожидать. Окна тоже все заперты, стекла наверняка пуленепробиваемые, попытаешься разбить — сбегутся люди, так что лучше попробовать решить все мирным путем.

Постучав, Влада прижалась к стене, соображая, что делать: заломать того, кто придет, и допросить или вести себя тихо. Непонятно ведь даже, в плену она или в гостях. Если в плену, сейчас ввалятся мордовороты, с которыми все равно не справиться. А если в гостях — зачем ссориться?

Когда вошел невысокий вислощекий мужичок, похожий на французского бульдога, Влада стояла перед ним, разведя руки — дескать, вот она я, открыта и дружелюбно настроена. Мужичок пришел один, значит, не в плену и можно выдохнуть.

— Извините, — проговорила она вежливо, — скажите, пожалуйста, что случилось и где я нахожусь.

Мужик глянул снизу вверх и почесал в затылке.

— Э-э-э… м-м-м… — Не найдя ответа, он крикнул, отвернувшись: — Она проснулась! Чё дэлать? Спроси у Дона!

Что за Дон?.. Дон?! Неужели тот самый Тихий Дон? Влада потрясла головой, попятилась и села на единственный стул, полагая, что бред продолжается, просто он стал более логичным: сейчас и цыгане придут, и шаман с бубном нагрянет.