Путь одиночки

Кое-как заставив себя сесть, Влада встретилась взглядом со Свеном. Глаза у того еще больше запали, выглядел он больным. Сухов с трудом поднялся и стоял, опираясь о ствол — неуверенно, как забулдыга. Гриф лежал с разинутым ртом. Влада подползла к нему, нащупала пульс на сонной артерии: сердце бьется.

— Сашка! — прохрипела Влада и потормошила его. — Гриф, хватит придуриваться!

Парень замычал и причмокнул. Разлепил одно веко, лишенное ресниц, другое, перевернулся на живот и ткнулся лицом в мох. Безволосый затылок его мелко дрожал.

— Эк шарахнуло! — заплетающимся языком проговорил Свен. — Даже меня, проводника, приложило так, что думал — всё, конец!

— Я такого не помню, — шепнул Сухов и потер бурую кожу лысины.

— Никто… не помнит, — пробубнил Гриф.

— Хех, а масовец-то наш сбежал, — вздохнул Сухов. — Зря вы меня не послушали, контрольный в голову его остановил бы.

Влада зыркнула на него злобно и снова ощутила себя неумехой. Связанный масовец обвел их вокруг пальца, а всё почему? Потому что тщательнее надо проводить обыск, присматриваться к деталям. Заметь она сигналку, не пропало бы даром столько усилий… Из раздумий ее вырвал горестный возглас Сухова:

— Сволочь, уволок! — Он хлопнул себя по боку. — Такой нож спер!

Влада помассировала виски, заставляя себя сосредоточиться.

— Значит, веревки он перережет. Огнестрел на месте?

Бойцы схватились за оружие. Гриф сказал:

— Хорошо. Очухиваемся и продолжаем преследование. Сашка, ты как?

— Хреново, но живой, — ответил Гриф убитым голосом. — Минут пять дайте, а?

Пока ждали, Влада два раза роняла сигарету, потом непослушными пальцами не могла справиться с зажигалкой. Наконец прикурила и уставилась в беловато-синее небо. В голове вертелось: Сектор — кусок нереальности. Зимой здесь на пять-десять градусов теплее, чем во всей округе, причем температура повышается ближе к эпицентру — Глуби; небо белесое, хотя должно быть пронзительно-синим. Туман постоянно, опасность на каждом шагу… А все равно ей тут комфортнее, чем в городе.

Свен оклемался, сел на корточки рядом с Грифом, толкнул его, вынул из-за пазухи флягу:

— Выпей вот. Три маленьких глотка — и будешь как новенький. Травяная настойка, брат делал. — Свен перекрестился и посмурнел, подождал, пока Гриф отхлебнет положенные три глотка, и продолжил, вставая: — Идемте, что ли? Не пр-р-рощу ему брата! Сам на крючьях подвешу и выпотрошу!

— Такой настрой мне нравится! — Влада вскинула автомат. — Барон, Юна, след!

Собаки потрусили вперед без азарта.

Сил после Всплеска не осталось, но Влада упрямо бежала, следом пыхтели Свен с Грифом, хекал Сухов и утверждал, что погоня бессмысленна: одиночку с ножом в Секторе сожрут в течение пяти минут.

Влада молчала — экономила силы.