Рафаэль

— Она рискнет своей жизнью только для того, чтобы сохранить то, что воздвигли Жан-Клод и Мика. — Парировал Рафаэль.

— Мой царь. — Только и сказал Бенито, но этого оказалось достаточно, чтобы лицо Рафаэля смягчилось благодаря той высокомерной привлекательности, которую он временами скрывал, особенно когда знал, что ему не выиграть в споре.

— Жан-Клод, Мика, Натэниэл, Анита, я даю вам слово, что этой ночью я не сделаю ничего, чтобы призвать крысу Аниты и позволить ей взять верх над другими ее зверями. Я был пьян от той силы, которую несет в себе власть, но я царь, и я буду выше этого.

Я не придам ваше доверие.

— И как мне доверять тебе, если у меня все еще кишки зудят от того, что ты сделал? — Спросила я.

— Анита, я дал тебе свое слово. Нарушал ли я его хоть раз за все те годы, что мы знаем друг друга?

Я уставилась на него и, наконец, сказала:

— Ты свое слово держишь. — Подтвердил Мика.

— Ты держишь свое слово, но я чувствую твою мощь и силу воли. — Вмешался Натэниэл. — Я знал, что ты царь, но до сих пор я не осознавал, что это значит.

— Все цари сильны, иначе мы бы не стояли во главе своих групп.

 — Ответил Рафаэль.

Натэниэл покачал головой достаточно явно, чтобы волосы заструились вокруг его лица.

— Я не о том. Я имею в виду, что я буквально ощущаю твою волю — она давила на меня в тот момент, когда мы были… внутри Аниты, только что. Твоя целеустремленность пугает, Рафаэль.

— Это претензия или комплимент? — Не понял Рафаэль.

— Ни то и ни другое.

— Мне нужно переодеться для драки и морально подготовиться к тому, что меня ждет, так что если тебе есть, что сказать, не тяни. — Это было сказано с раздражением, почти злобно, что нехарактерно для него.

Вот дерьмо, надеюсь, Рафаэлю не передались мои проблемы с гневом.

— Позволь Аните взять с собой еще кого-нибудь — так же, как было позволено Мике.

— С ней может остаться Клодия.

— Кого-то не из веркрыс.

— Я не сомневаюсь в твоей части. Я сомневаюсь в энергии того количества веркрыс, которые окружат Аниту сразу после того, как она сделала тебя крысой своего зова.

— Никто не говорил, что это может стать проблемой. — Сказал Рафаэль.

— Прежде я не ощущал ее крысу такой сильной, как сейчас.

— О чем ты? — Переспросил Мика.

— Мы помогаем Аните оставаться человеком, отвлекая ее зверей.

Один из нас позволяет ей чувствовать запах своей кожи и другого зверя — это помогает удержать ее от реальной перемены.

— Мы в курсе. — Сказал Рафаэль, и вновь в его голосе прозвучали нотки нетерпения, столь нетипичные для него.

— Когда Анита приходил в наш пард, то у нее есть Мика и я. Когда она отправляется в лупанарий, с ней там Ричард, а порой и леопарды, и волки вместе. Она еще ни разу не вступала на территорию крупных вергрупп без кого-либо из нас.