Растопить сердце Не Дурнушки (СИ)

– Нет, но мне очень любопытно узнать, как так вышло, что моя жена является тем самым неуловимым художником?! И почему об этом никто не знает?!

– Вообще-то она пейзажист! Не путай!

– Она моя жена, Рома! Какого чёрта вообще происходит?

– Это я тебя прибью, если всё не расскажешь сейчас же!

– Стоп! Вы что, хотите сказать, что та симпатичная замухрышка, вернее, жена Фёдора и есть Мэл Вивал? – неожиданно произносит Ирэн, смотря на нас. – Это же круто!

И почему девушки, по слухам, собираются так долго? Как по мне, всё заняло час, ну может полтора, если считать полчаса принятия ванны с пеной, когда я просто нежилась и наслаждалась водой. Потом я высушила волосы и даже немного их подкрутила. Всё же мне предстояло изысканное мероприятие. После я нанесла немного косметики и в этот раз управилась гораздо быстрее, а вышло ничем не хуже, чем у профессиональных мастеров. Кажется, моё увлечение можно было применить и здесь. Какая разница, чем рисовать: красками или тенями?

С платьем вышла заминка, так как я разрывалась между чем-то деловым и вечерним нарядом. На мероприятиях такого уровня я никогда не бывала, да и Фёдор ещё не вернулся, поэтому спросить совета было не у кого. Но, увидев сине-голубое платье, которое напоминало волну, я просто не смогла устоять. Оно словно состояло из двух частей. Нижняя тёмно-синяя ткань была вся блестящая, а сверху на неё как бы накинули нечто полупрозрачное голубого оттенка. Но особенно мне понравилось, как раскрывалась юбка при ходьбе. Лиф обнажал плечи и подчёркивал мою красивую грудь и тонкую талию.

В момент, когда я подбирала туфли, услышала, как открылась дверь. Глянула на часы. Они показывали начало седьмого. Да, я почти проспала мероприятие, но сознаваться в этом не собиралась. Тем более я была уже одета!

– Федь? – позвала я, хватая чёрные босоножки на высоком каблуке. Выйдя в спальню, увидела мужа, который стоял у окна и о чём-то думал. Его лицо было хмурым, а поза не предвещала весёлого вечера. Мне показалось, что сейчас он скажет, что всё отменяется, или что ехать должна только я одна.

Но муж снова удивил меня. Не прошло и минуты, как он развернулся и мягко улыбнулся. С горящим взглядом осмотрел меня и остановился на моих руках, которые держали босоножки.

– Присядь, – просит, указывая на кровать, а сам подходит ближе. Миг, и моя обувь уже в его руках.

Совсем теряюсь, когда он встаёт передо мной на колени и начинает надевать босоножки. И как он это делает! Нежно, аккуратно, медленно. Вздрагиваю, когда он наклоняется и целует голые коленки.

– Мел, а между нами будут тайны? – странный вопрос в странный момент.

– Тайны есть у всех.