Растопить сердце Не Дурнушки (СИ)

Отец всегда работал, как и сейчас, и его не бывало дома, а мать бросила меня, когда мне было всего пять. Укатила куда-то с любовником и легко подписала бумаги на развод. За хорошие деньги, которые ей дал отец, она больше не появлялась в нашей жизни. А мне не особо и хотелось знать женщину, которая так легко меня продала.

Зато со мной всегда был Олег. Родной брат отца, ставший моим лучшим другом. Думаю, если бы не дядя, я бы с отцом так и не нашёл общий язык. Трудно полюбить человека, которого не бывает дома. Меня задаривали подарками, которые он, скорее всего, и не выбирал, и откупались деньгами, лишь бы я не мешал. Но Олег объяснил, что это не так, и отец действительно меня любит. Просто у него иная любовь. И я попробовал это понять, вернее, пытаюсь до сих пор.

Час пролетел незаметно, но я успел всё сделать, как и рассчитывал. Вовремя всё продал, пока цены не начали падать. А теперь меня ждал занимательный разговор.

Когда Станислав пришёл за мной, я уже был готов. Мы спустились на первый этаж в гостиную, где меня ожидала женщина лет пятидесяти в сером платье с седыми волосами, уложенными в пучок.

– Фёдор Александрович, здравствуйте, – произносит она, вставая, и протягивает мне руку.

– Здравствуйте, а вы…

– Можно просто Инга.

– Хорошо, Инга, не будем ходить вокруг да около. У вас есть, что мне рассказать?

Женщина вздрагивает и смотрит на Станислава, который кивает.

– Да, я расскажу всё, что вы хотите знать. Взамен мне обещали, что вы оплатите операцию моей дочери.

– Конечно. Итак, расскажите мне про Варшавского Григория Ильича. Есть ли у него любовница, а может, кто-то близкий? Брат или сестра?

– Хорошо. А про детей вы тоже знать хотите?

– Детей? – насколько я знаю, у Варшавского нет детей. Мои парни проверяли это очень тщательно.

– Да, у него их трое. Правда, они уже взрослые, и, где сейчас мальчики, я точно не знаю, но…

– У Григория Ильича есть взрослая дочь? – мозг работает быстро, да и просчитать всё несложно. А в голове уже начинает зреть план.

– Да, Мелания, ей двадцать.

А день однозначно становится лучше. Отомстить через любимую дочку – чем не отличная месть?

– Замечательно. Расскажите-ка, Инга, как так получилось, что никто не в курсе, что у вашего хозяина есть дети, да ещё и такие взрослые? Кстати, вы знаете их имена?

– У всех детей фамилии от матерей. Я не знаю, признал ли их Григорий Ильич, но Павел и Николай зовут его отцом, когда изредка приезжают в дом.

Варшавский, а ты хитрый жук! Знал, как уберечь своё потомство. Но старался не так хорошо, ведь я узнал.

– Имена! – требую и киваю Стасу, чтобы тот всё записывал.

– Старший – Орлов Павел Григорьевич. Ему тридцать один. Захарову Николаю Григорьевичу тридцать. Дочка – Вавилова Мелания Григорьевна.