Растопить сердце Не Дурнушки (СИ)

– Красотка, ты что, так переела, что даже идти не можешь? – решает пошутить он, на что я довольно отвечаю:

– О чём ты говорила с отцом? – спрашивает Фёдор, как только машина приходит в движение.

– Отец редко с кем говорит с такой довольной улыбкой. А вы разговаривали аж десять минут! – по его удивлённому тону понимаю, что это и правда что-то необычное.

– Мы обсудили моменты с противоположностями, – специально не говорю всего, так как мне нравится поддевать его. Муж вздыхает и, натянув улыбку, отвечает настойчивым тоном:

– Конкретнее! Мел, то ты говоришь как на духу, то из тебя и слова не вытащить! Ты специально издеваешься?

– Да! Ты такой смешной!

Стас, сидящий за рулём, начинает посмеиваться, и я вижу его довольные глаза в зеркале.

Странно, он всегда раздражается при виде меня.

– Я рад, что вызываю у тебя улыбку, но, может, всё же расскажешь, что вы обсуждали? – ко мне поворачиваются всем корпусом, видимо, чтобы показать, что готовы слушать, но я не могу всё так просто выложить.

– Если скажешь, куда мы поедем. Кстати, с чего вдруг я должна сопровождать тебя в командировках? – я бы лучше посидела дома или сходила к тёте и начала новую картину.

– Это не командировка, а отпуск на недельку. Хочу показать тебе красивые места, – ответ звучит неожиданно, и я замираю. Отпуск для нас двоих?

– Хочешь весело провести время?

– Хочу просто отдохнуть с тобой. Ты ведь не была за границей, – это да, но я чувствую подвох.

– У меня нет паспорта.

– Я не люблю поезда.

– Мы летим на самолёте.

– Там и отдохнешь, – заявляет довольно, а потом берёт мою руку в свою большую ладонь и сжимает. Я понимаю, что говорю глупости, но это скорее нервное, так как мужчина всё время наседает.

Зачем противлюсь? Или я боюсь оставаться с ним один на один? Фёдор меня будоражит, но согласна ли я на большее?

– Так что сказал отец?

– Просил присмотреться к тебе и дать шанс на что-то большее между нами. Говорит, ты другой. И что ему кажется, я тебе нравлюсь, – решаю сознаться и пытаюсь вырвать руку. Не привыкла я к таким… моментам.

Но кто бы мне позволил. Пальчики только сильнее сжали, а потом поцеловали!

– Не кажется. Ты мне и правда очень нравишься. Так что ты ответила?

– Обещала подумать, но если ты и дальше будешь переть как танк, то точно передумаю!

– Прости, но по-другому с тобой нельзя, – и что это значит? И почему голос такой довольный?

Мою руку отпустили только при подъезде к дому.

И только потому, что мужа взволновала картина за окном. Мне тоже стало любопытно, и я попыталась понять, что не так.

Дом на месте, цветы цветут, наша машина подъезжает к дверям, возле которых стоят ещё две машины. Одна – алая с откидным верхом. Красивая и, я бы сказала, женская, так как на заднем сидении лежат забавные розовые подушки.