Разве я могу быть счастлив без тебя

В панике, Ева дёрнула руками, чувствуя, как грубая верёвка сильно натирает нежную кожу рук. Что такое, почему она связана? В голове стояла пелена, мешающая вспомнить, что же на самом деле произошло. Последнее, что Ева помнила, это злобное лицо отца и его тяжёлое дыхание, когда он обхватывал своими руками ее шею. Страх охватил всё её существо, и в тот миг она уже не надеялась на спасение. Что произошло дальше, Ева уже не видела. Так почему же сейчас она оказалась рядом с Одином, да ещё со связанными руками? Она ведь должна была умереть от рук Гаррика.

Ева снова услышала грубое рычание Одина, а потом он ее так сильно встряхнул, отчего шею пронзила еще большая боль.

Но и это не заставило Еву подчиниться приказу. Сильно зажмурившись, она отрицательно покачала головой, не желая открывать глаза и опять видеть перед собой разъярённое лицо недовольного Одина. Неужели даже находясь без сознания, она умудрилась довести его до бешенства? Ева не помнила тот момент, когда Один появился в зале.

— Я боюсь, — лихорадочно замотала головой Ева, понимая, что паника охватывает ее сильнее, — Я-я вас так сильно боюсь, — истерично рассмеявшись, она спрятала лицо в коленях, чувствуя, что начинает раскачиваться из стороны в сторону, не в силах сдержать себя.

Еще немного и она завоет от чувства собственного бессилия. Господи, неужели, сейчас она призналась в том, что боится его? Хотя, это и так было понятно. Несколько раз, глубоко вздохнув, Ева поморщилась от режущей боли и из последних сил сдержала глухие рыдания.

— Правильно, очень правильно, — удовлетворительно проговорил Один, видя, что Ева действительно очень сильно напугана.

Может быть, она и в самом деле была виновна в том, в чём обвиняет Гаррик? Один хмуро покачал головой. Это ему ещё предстоит выяснить, но многое будет зависеть только от Евы.

Один до сих пор помнил своё ощущение, когда увидел Еву, лежащую на полу. Бесчувственно тело, бледное, почти бескровное лицо, напугало его, на минуту лишив способности ясно мыслить. Один видел себя, будто со стороны, стоящего без движения и не способного предотвратить то, что уже случилось. Смешно, но ведь совсем недавно он сам был готов избавиться от неё.

А сейчас, несмотря на ненависть, разъедающую его душу, он понял, что не сможет отказаться от неё. По крайней мере, в ближайшее время. Что это было, желание видеть её рядом с собой или просто влечение? Один искренне надеялся, что это было просто желание, постоянно бушующее в его крови. А он желал её так сильно, как никого и никогда в этой жизни. Он хотел её, он бредил ею. Стоило ему закрыть глаза, как он чувствовал её, словно животное. Её запах он мог узнать из тысячи запахов повсюду.