Разведчик. Чужая земля

Первого мая был взят рейхстаг, о чем радист при штурмовой группе сразу сообщил и разведчикам и пехотинцам.

Игорь полагал, сопротивление стихнет. Немцы начнут капитулировать, выбрасывать белые флаги и складывать оружие. Но самые упертые под командованием генерала Отто фон Зюдова стали прорываться из города. Игорь с разведчиками и ротой пехоты попал под удар желающих вырваться из окружения.

Только спать улеглись, выставив часовых, как вспыхнула стрельба. Без приказа все поднялись, заняли оборону. По улице, едва освещенной редкими пожарами и луной, двигался танк, за ним передвигалась вражеская пехота.

Следом двигался бронетранспортер, судя по двум антеннам – кольцевой и штыревой, явно командирский.

К Игорю подполз радист.

– «Второй» на связи.

– «Второй», «седьмой» слушает.

Игорь приложил наушник к уху, ко второму приник радист.

– «Седьмой», в вашу сторону пробивается группировка.

– Наблюдаю танк, бронетранспортер и пехоту.

– Попытайтесь задержать. К вам на помощь идет танковый батальон с десантом. Конец связи.

Гуков говорил открытым текстом, только Каткова по званию и фамилии не называл.

Игорь подполз к Вяземскому.

– Товарищ старший лейтенант…

– Знаю, только что по рации указания получил. Надо продержаться. Ты на быстрый подход наших танкистов не рассчитывай, мосты разрушены. Им в обход придется идти.

Игорь вспомнил, что остался один фаустпатрон. Главное – поджечь танк, он сейчас главная угроза. Вернулся к своим.

– Баклюков, Харитонов – за мной. Где фаустпатрон?

– В кирхе ихней. Что с собой таскать такую «дуру»?

Танка уже видно не было, мелькнул в переулке и скрылся, влево пополз. По пехоте немецкой наши бойцы открыли огонь, но вяло.

Темно, видно плохо, зачем патроны зря жечь? Игорю вспомнилась одна из любимых песен группы «Любэ»:

На самом деле так. Баклюков вернулся с фаустпатроном.

Игорь повел маленькую группу влево, параллельно движению танка. Потом свернули в переулок и бегом. Один бежит, двое прикрывают. Хотя попасть ночью в бегущего сложно. А впереди стрельба вспыхнула и непонятно – кто? По развалинам подобрались к перекрестку. Огонь из винтовок и наших «ППШ».

– Эй, славяне, не стреляйте, свои!

Разведчики вышли в тыл нашим пехотинцам.

А танк надвигается темной тушей.

– Баклюков, попадешь?

– Черт его знает, темно, прицела не видно.

Из танка курсовой пулемет бьет. Наши бойцы за кирпичи отползать стали. За ними разведчики. Глупо по-дурному погибать. Танк уже близко. Игорь фаустпатрон у Баклюкова забрал.

– Отойдите, не располагайтесь сзади. При выстреле из фаустпатрона назад бьет реактивная струя, может причинить ожоги.

Танк уже напротив, бортом к Игорю, за ним солдаты бегут, прикрываясь бронированным корпусом.