Разведчик. Чужая земля

Налево или направо? Направо, судя по карте, что в сидоре осталась, есть какой-то городишко. Хотя есть нюанс, с которым Игорь столкнулся в Польше, то же в Германии. На карте – обозначение города, а в реальности – тысяча-две жителей. У нас такой населенный пункт селом называется. Только что выглядит такой городишко цивильно – дома в два-три этажа, улицы камнем мощены или асфальт и все удобства – канализация, вода централизованы. И дома выглядят как картинка. Кирпичные, крыши черепичные, перед домом палисадник с цветами, трава на газонах подстрижена.

Для советского человека удивительно.

Направо он и свернул. Через полкилометра воинская часть. При ней штаб, судя по грузовику-кунгу с антеннами на крыше. Шел, тяжело опираясь на палку. И уже не столько для маскировки. В тесных туфлях мозоли уже на пятках набил. По сторонам глазами зыркал – подходы, часовые, техника. Сзади легковая машина догнала, за рулем солдат. Остановилась почти напротив. Солдат дверь распахнул.

– Садись, камрад. Если в Гливице, то по пути.

Игорь сел, поблагодарил.

– Ранение осколочное в обе ноги на Восточном фронте, – убедительно соврал Игорь.

– А! – уважительно посмотрел на попутчика солдат.

Игорь по сторонам поглядывал.

– Плохо воевал? – вдруг спросил водитель.

– Мои соседи уже уехали на запад, поближе к швейцарской границе, родня у них там. А мне бежать некуда. Если с железным крестом ходить буду и со знаками «За штыковую атаку», меня русские сразу расстреляют.

Солдат сигарету закурил, приоткрыл окно, дым пустил.

– Угостить сигаретой?

– Не курю, здоровье не позволяет.

Въехали в город. Игорь попросил:

– Останови здесь, мне в аптеку надо. Спасибо, что помог.

Игорь за ручку дверцы взялся, солдат спросил:

– Как думаешь, фронт не удержим?

– Русские нынче сильны, а где у Германии резервы? Ты их видишь? Думаю, через месяц-два русские возьмут Берлин, поражение неминуемо. Тогда начнется хаос.

Солдат-водитель притормозил. Игорь выбрался, водитель бросил вдогонку:

– Я через час обратно поеду, хочешь – подожди, подвезу.

– Буду очень благодарен.

А какая аптека, если у него в кармане даже пфеннига нет, не то что бумажных денег. Но по городку прошелся. Чувствовалось приближение фронта. Окна заложены мешками с песком, в подвальных оконцах пулеметные амбразуры оборудованы.

На стенах домов надписи белой краской «Капитуляция? Никогда!», «Смерть или Сибирь!». И жители выглядят унылыми, печальными. Игорь в душе порадовался. Докатилась война до нацистского гнезда, хлебните тех лишений, что другим странам уготовили.

Конечно, старики и дети не виноваты, но на стадионах и площадях те же немцы – мужчины и женщины, радостно приветствовали речи фюрера. Только обещания политиков всегда расходятся с реальностью.