Развод в 45. Я тебя не прощаю (СИ)

 – Если Гришка им все нервы вытрепал, почему бы и твоему крестнику не поступить точно так же? – усмехается коварно.

– У его крестника и без того теперь хлопот хватает, – отзываюсь уже я. – Пусть сперва с невестой своей разберётся, – потираю лоб двумя пальцами.

– А чего с ней разбираться? Пусть идёт к своему любовничку на хрен, а Тимурка и лучше себе найдёт девушку.

Вздыхаю. И молчу. Но не Гром.

– А если анализ ДНК покажет, что это его ребёнок? Ты представляешь, каково потом ему будет, если такое реально случится? – хмурится он. – Думай, что говоришь, – заканчивает мрачно.

Майя кривится, но не спорит.

– К тому же, мы не знаем точно, спали ли они. Может, Гриша реально принудил её.

Да, я до сих пор очень хочу верить в лучшее. Не потому, что такая наивная. Я просто очень хочу счастья своему ребёнку.

– Или вообще ничего настолько радикального не было, – добавляет снова Андрей.

– И это тоже, – киваю. – Ладно, давайте о чём-нибудь другом. Я сыну обещала не лезть в это дело, а если продолжим, накручу себя и отправлюсь с Диной беседовать. И тогда Тимур точно на меня обидится и разозлится.

– Какая ты послушная и понимающая мама, оказывается, – закатывает глаза младшая Громова.

– Ему не десять лет, чтобы Лида принимала решения за него. Взрослый парень и со своими проблемами тоже сам способен разобраться, – встаёт на мою защиту её брат.

И я вновь улыбаюсь. Особенно, когда Майя принимается бурчать о том, что о ней он так не печётся и не заступается перед другими, как обо мне.

– У тебя для этого муж есть, – нисколечко не проникается тот её обиженным ворчанием.

– Уйду я от вас, – продолжает обижаться девушка.

– Конечно уйдёшь, мы почти приехали, – добродушно ухмыляется Гром, в очередной раз сворачивая направо.

Я всё-таки смеюсь. Так натурально недовольно пыхтит Майя. А вскоре Гром действительно останавливается у её подъезда.

– И даже выйти не поможет никогда, – не прекращает она и тогда возмущаться, самостоятельно выбираясь на улицу.

Мы провожаем её улыбками, и только когда Гром вновь трогается с места, я запоздало понимаю, что мы остаёмся наедине. Впервые с момента нашего общего пробуждения.

Друг выезжает со двора, вклинивается в поток других автомобилей, а я на него даже смотреть теперь не могу. Не решаюсь. Меня догоняет запоздалая неловкость. При Майе было куда проще, она неплохо отвлекала от глупых мыслей, а теперь они бесконечным потоком пронзают мой разум, заставляя нервничать и сомневаться во всём. Переживать за то, что будет дальше. И радоваться, что Гром не такой трусливый заяц, нежели я.

– Заедем пообедать? – предлагает он будничным тоном.

– Давай, – добавляю вслух.

И тоже делаю вид, что ничего необычного этим утром не случилось.

Ну, подумаешь, поцеловала…

Со мной. Обычно. Но не сегодня.