Рим – это я. Правдивая история Юлия Цезаря

Там их попытался остановить отряд из нескольких десятков вражеских воинов, но лучшие защитники города ушли с Анаксагором. И хотя легионеры десятой когорты Цезаря, оставленной Лукуллом, не имели боевого опыта, все они прошли обучение, дважды пострадали от безжалостного ливня из копий и стрел и к тому же видели, как гибнут товарищи: гнев их рвался наружу. Но вот начался рукопашный бой, к которому их так долго готовили.

Легионеры первой линии, обороняясь щитами, всовывали мечи в малейшую прореху, которая обнаруживалась в рядах противника; остальные загораживались щитами от лучников, которые по-прежнему пускали стрелы.

Легионеры первой линии что было сил кололи врага.

Яростно, самоотверженно.

Они теснили врага умбонами и, придя в возбуждение, кололи, кололи с яростью, на грани умопомешательства, ибо сражались за свою жизнь.

За то, чтобы выжить.

Они сражались так, будто завтрашнего дня не существовало.

Первые две центурии сломили сопротивление немногочисленных воинов, которых бросил на них Питтак. Сам он стоял на вершине крепостной стены, отдавая распоряжения лучникам, которые теперь стреляли в двух направлениях – в тех, кто оказался внутри города, и в тех, кто подходил к крепостной стене.

Когда защитники Митилены, противостоявшие римлянам у ворот, пали, Питтак приказал лучникам не жалеть стрел.

Римляне продолжали наступать, держа над головой щиты. Но… что им было делать, оказавшись в городе? Где трибуны? Они ожидали приказов…

Продвижение к воротам дорого давалось римлянам.

Стрела угодила ему в ногу. Он не погиб, но упал на землю в двухстах с лишним шагах от ворот, там, где римские солдаты сражались за доступ в город.

Оказавшись со своей центурией у ворот, Цезарь увидел беспорядок, царивший среди легионеров. Он поискал глазами Лабиена. Того нигде не было видно. Однако первым делом нужно было отдать приказы центуриям.

– Третья, шестая и вторая заходят в город! Заходят все до одного! – приказал он. – Защищайте подступы к цепям железных ворот, даже ценой собственной жизни! Убивайте любого, кто встанет у вас на пути! Доложите, когда мы пробьемся к цепям, во имя Юпитера!

Теперь у легионеров имелись четкие распоряжения, и они под предводительством начальников третьей и второй центурий бросились исполнять приказ.

Центурион четвертой был убит.

– Пятая, первая и четвертая – за мной к стене, наперерез Анаксагору! – возопил Цезарь и только тогда обратился к центуриону своей собственной центурии, теперь уже обычным голосом: – А где второй трибун?

– Ранен, лежит среди погибших, на подступах к городу.

Он указал туда, где лежал Тит Лабиен, защищаясь щитом от стрел, которые лучники время от времени в него пускали.

Солдаты Анаксагора добивали упавших.