Рим – это я. Правдивая история Юлия Цезаря

Посмотрел вниз: в город вошли чуть более двухсот врагов – копья Анаксагора и стрелы лучников уничтожили половину римских воинов. Что ж, в целом силы сравнялись.

Питтак повернул голову и медленно потянулся. Он собирался спуститься. За ним последуют его лучники, чтобы сразиться в ближнем бою, отбить огромные воротные колеса с намотанными на них цепями и настежь открыть створки.

– Бросайте щиты и бегите к воротам, во имя Юпитера! – крикнул Цезарь, увидев, как вражеские лучники покидают крепостные стены.

Легионеры первой центурии мужественно сдержали первый натиск Анаксагора.

Греки ждали пополнения, чтобы вновь двинуться на врага.

Римляне воспользовались их медлительностью и спешно отступили к воротам, которые закрывались по приказу Цезаря, медленно, но неумолимо.

С помощью двух легионеров Лабиен оказался за стенами; вслед за ним потянулись оставшиеся в живых пришедшие ему на помощь солдаты первой центурии, включая центуриона. Наконец, когда зазора едва хватало, чтобы протиснуться между двумя гигантскими железными створками, скрипевшими под собственным колоссальным весом, в стремительно сужавшееся отверстие проскользнул Гай Юлий Цезарь.

Следом за ним проскочили трое солдат Анаксагора, бросившиеся в погоню за римлянами. Четвертый оказался зажат между створками медленно закрывавшихся ворот. Послышался хруст костей. Тело несчастного лопнуло. Казалось, все его существо вырвалось из тонкой кожуры, и ливень крови оросил пространство близ ворот. Стоя посреди красного дождя, Цезарь поднял свой меч и бросился на вражеских воинов, только что вошедших в город. К нему присоединились легионеры первой центурии – те, кто не был убит. В мгновение ока солдаты Анаксагора были пронзены с обеих сторон – удары пришлись в грудь и шею – и упали замертво.

Ворота продолжали закрываться, но голова солдата, зажатая между двумя металлическими створками, не давала довести дело до конца. Цезарь обратился к людям, стоявшим у колес запорного устройства.

– Налегайте, налегайте! – крикнул он.

Они вращали колеса до тех пор, пока голова не взорвалась, раздавленная двумя железными створками; до Цезаря вновь долетели брызги крови. И вот наконец раздался громкий, оглушительный лязг, чудовищный металлический грохот, возвестивший всем, что ворота Митилены заперты.

Анаксагор и его войско, две с половиной тысячи хорошо вооруженных воинов, остались за воротами города, а с моря, держа безупречный строй, к ним приближались более восьми тысяч легионеров: целый легион и сверх того – несколько вексилляций, которых доставил флот проквестора.

Лукулл и Терм покинули трирему и сошли на берег.

Несмотря на то что они творили всяческие происки и козни, оба были отличными военачальниками.