Рим – это я. Правдивая история Юлия Цезаря

Римляне обретали дополнительную силу благодаря уклону, тевтоны делались слабее ровно в той же мере.

Тем не менее Марий ожидал от передовых частей еще больших успехов.

– Первая перемена! – приказал он.

Легионеры, сражавшиеся в первом ряду, остановились, отступили на пару шагов; их сменили свежие части, располагавшиеся чуть поодаль.

Марий держался рядом с Серторием. Вокруг них образовалось свободное пространство, и ему не приходилось колоть или отталкивать щитом врагов, которых оттесняли сильные, повиновавшиеся приказам легионеры. С острия его спаты, чуть более длинной, чем легионерский гладий, капала кровь.

Гай Марий бился в первых рядах, как простой воин, и легионеры, видя это, воодушевлялись еще больше. Консул не только руководил битвой, но и сражался вместе с ними. Буквально плечом к плечу. Внезапно Гай Марий почувствовал что-то влажное на виске.

– У консула рассечен лоб, – сказал Серторий. – Позвать врача!

– Немедленно сменить солдат и наступать по всему склону, – отозвался консул, не обращая внимания на рану.

– Будет сделано, славнейший муж.

– Принесите воды для легионеров, прибывающих с передовой, чтобы они как следует утолили жажду.

Мы можем потратить сегодня всю воду – и пускай. Настал решающий день, важно только это. Ты меня понял? Сегодня – все или ничего.

Военачальники кивнули и разошлись, чтобы передать приказ.

Благодаря быстрой и умелой замене – вот он, плод многочасовых упражнений! – в первых рядах бились отдохнувшие, хорошо обученные люди. И несмотря на многочисленные потери из-за жесточайшего тевтонского натиска, римляне прижимали варваров к реке. Нелегкое, но неуклонное продвижение внушало все больше надежд на победу.

Пусть они и в самом деле – отбросы Рима, зато они победят, изменят историю, и больше никто никогда не будет над ними смеяться.

Слова консула все еще звучали у них в ушах, пока они кромсали тевтонов, оттесняя их все ниже и ниже по склону, приближаясь к реке.

Спрятавшись вместе со своим отрядом среди деревьев, Марцелл, по указанию консула, наблюдал за тем, как тевтоны проходят мимо, но не предпринимал ничего, чтобы помешать им. Его задача заключалась в другом.

Теперь он видел, как варвары постепенно отступают под напором когорт, которые вел сам консул.

– Они еще далеко, – сказал Марцелл своим начальникам, – но пусть люди и животные готовятся. Скоро настанет наш черед.

Тевтобод видел, как его воины пытаются сломить римские когорты. Все это ему не нравилось, но сила его солдат и их численное превосходство должны были сыграть решающую роль, в иное он отказывался верить. Тевтонов было намного больше. Царь вполне мог потерять несколько тысяч. Но в конце концов, решил он, это не такая уж плохая мысль – отступить на равнину.