Ритуал (СИ)

— И как часто… Наставник останавливает время?

Я снова посмотрела на Ликаса — вопросы были неудобными, кто знает, что и сколько можно говорить.

Наставник снова кивнул.

— Часто, — кивнула я старушке.

Седая дама пожевала кончик трубки и обернулась к Ликасу.

— Можно повторить? Нам бы хотелось увидеть ещё раз, медленнее, как … Наставник, — тут она насмешливо дернула уголком рта, — останавливает время. В качестве доказательства, — старушка подцепила пальцем на поясе круглую, вырезанную на пожелтевшей от времени кости, печать с аларийским орнаментом на витом красном шнуре, — возьмешь у меня вот это и, — она подняла голову вверх, — поднимешься на нижнюю террасу.

— Одного мало, — сразу возразил Виктим.

— И мою, — южный старейшина коротко поклонился Ликасу, поправив точно такую же штуку на красном шнуре на поясе.

Ликас коротко рублено кивнул. Четверка сзади отшагнула назад, освобождая место.

На этот раз я просто стояла в центре площадки одна — Старейшины сгрудились двумя разными кучками по бокам.

Ликас поймал мой взгляд, коснулся виска, потом постучал по груди, глядя на меня — держать ощущение, я сосредоточилась, кивнув.

Было тихо. Только свист ветра сверху немного разбавлял тяжелую вязкую тишину.

Снять две штуки с поясов и подняться наверх — ничего сложного. Я прищурилась, рассчитывая короткий маршрут.

Доли мгновений перетекали из настоящего в прошлое, потом Ликас сделал условный жест, время шло, но… ничего не произошло. Вот совсем ничего.

Старейшины загомонили, но тут же заткнулись.

— Ещё раз, — властно скомандовала Седая дама, взмахнув трубкой.

— Сосредоточься, — Ликас сдвинул брови, и постучал кончиками двух пальцев по ножнам, как он делал всегда, когда я тупила или отвлекалась, по его мнению.

Выдохнула, концентрируясь. На этот раз мне ничего не мешало.

Невозможное — возможно, ветер игриво шевелил пряди на лбу.

Невозможное — возможно, девочка, шептал он, ласково остужая прохладой горевшую щеку.

На этот раз у Наставника получилось практически мгновенно. Все замерли — кто-то с открытым ртом, кто-то не успев моргнуть ресницами, косички застыли в воздухе и рукава — парусами…

Я начала двигаться, но в этот раз почему-то было тяжелее, как будто через толщу воды — сложно и медленно.

Седая дама — первая. Я поежилась, поймав собственное отражение в неподвижных темных глазах. Жутко. Быстро вынула из смуглых пальцев красный шнурок с круглой костяной печатью.

Старейшина с юга — второй. Он даже не успел отстегнуть шнурок — только тянулся к поясу. Пришлось тратить время и развязать самой.

Виктим. Я оказалась перед ним, вглядываясь в недовольное, немного одутловатое лицо, когда почувствовала — время истекает, не успею.