Ритуал (СИ)

— Это значит… значит…, — он снова всплеснул руками, — это как если бы я, отучившись у сира Блау, передумал идти на артефактора. Так нельзя! Ты не можешь изменить путь, я — буду артефактором, ты — целителем!

— Нельзя, я — не могу просто взять и отказаться, мне никто не позволит. Поэтому нужно, чтобы они сами меня исключили, — я криво улыбнулась, — запретили мне учиться на целительском.

Геб застонал. Я философски пожала плечами — на этот случай у меня был план. Тупой, чрезвычайно тупой, но план.

— Так нельзя! Они просто заставят тебя принести клятву!

— Я не собираюсь использовать целительские чары так, Геб, — я фыркнула.

 — Доверие — это единственная причина, по которой я показала тебе. Я знаю, какие слухи ходят в классе, в Легионе, наверняка брат уже обсуждал с тобой…

— Блау — слабы, — выдавил Геб тихо и покраснел.

— Кто самый опасный из магов? — спросила я спокойно — мальчишка не сказал ничего нового. — Кто может нанести максимальный вред?

— Элементальщики, — выдал Геб после недолгого раздумья, — особенно боевые. При равном круге они всегда возьмут верх в своем направлении чар.

— Так принято считать, — я кивнула.

 — Это сложный способ мышления. Именно так нас учат.

— Почему боевых магов никто не заставляет приносить клятву о не причинении вреда? Атакующие не менее опасны. Почему только целитель не может защищать себя сам, принося такую клятву? Почему только целитель вынужден таскаться с отрядом магов, потому что сам не в состоянии сделать хоть что-нибудь? Думай. Кто ещё приносит клятву, Геб?!

— … менталисты, — выдал он ошеломленно после долгого молчания.

— «…Целитель далек от всего намеренного, неправедного и пагубного…», — пропела я тихо.

 — Это была простая блокировка центрального канала, Геб. Стандартные чары, их проходят на пятом курсе и используют при повреждении источника, если нужно отсечь поврежденный меридиан полностью, перекрыв доступ. Пациент потеряет круг, но сохранит силу. В большинстве случаев, — добавила я, подумав. Метод ампутации энергетических каналов никогда не приводил меня в восторг.

— Но, Вайю, — он снова нервно взлохматил пятерней волосы, — если все целители приносят клятву… и учат в Академии, значит… Наставник Виртас обучал тебя в обход правил!

Я печально развела руками.

Бедный Виртас, но обвинением больше, обвинением меньше, надеюсь он никогда не узнает, чему именно он успел меня научить.

— Тюрьма, — я переплела пальцы решеткой и весело подмигнула. — Если очень повезет и попадутся дураки, которые не прикончат сразу.

— Но, Вайю…, — лицо Гебиона стало пепельно-серым.

— Геб, — я поднялась на ноги и покрутила шеей, разминаясь. — Это наш самый последний шанс. Когда больше не останется ничего. Когда будет совершенно всё равно, что будет завтра.