Ритуал (СИ)

— Вы не любите длинные прелюдии?

— Ценю время, — я потерла разом заломившие виски, — и свое и ваше.

— Хорошо, — Сяо согласно кивнул, довольно прищурился и вытащил из складок ханьфу свиток. — Это вам. Как залог будущих отношений, чтобы вы поняли, чем мы можем быть полезны.

Я вздернула бровь и не шевельнулась. Бойтесь Высших, дары приносящих. Особенно дары, о которых вы не просили. Или не получили шантажом. Для всего должна быть причина, а Сяо пока не входил в ближний круг.

— Леди…, — в голосе Сяо послышалась медовая укоризна, он журил мягко — голосовые модуляции отозвались теплом внизу живота, и мне на мгновение стало почти совестно, пока легкое раскаяние не смыло волной чистейшей обжигающей ярости, которая пожаром пронеслась по венам.

— Никогда. Не используйте. На мне. Голос. Это последнее предупреждение, — кончики пальцев начало покалывать — темное облако клубилось вокруг колец.

Сяо отодвинулся резко, поднял вверх раскрытые ладони — не держу плетений за спиной и вспыхнул. Розовый прозрачный румянец шел засранцу.

— Не хотел, — выдал он торопливо и совершенно нормально. — Когда работаешь постоянно, тренируемый навык становится частью… частью…

— Маски, — подсказала я вежливо. Я не верила ни его искренним глазам, ни его стыдливому румянцу — я хорошо помнила людей, которые могли краснеть по собственному желанию. Высший уровень контроля над телом.

— Пусть будет так, как желает леди, — Сяо встал и подошел к краю рунного круга. — Я не знаю, чем я заслужил подобное недоверие… и почему тогда остановились именно на моей кандидатуре в качестве жениха… но я сделаю всё, чтобы изменить мнение леди.

Сяо сделал несколько шагов по кругу.

— В Академии… в Столице не принято говорить прямо, — Сяо кривовато улыбнулся, как будто насмехаясь над самим собой, — плести кружево слов детей учат сразу, как только ребенок начинает говорить. Недомолвки, полутона, способность солгать, не произнеся ни единого слова неправды…

Голос Сяо звенел искренностью — беззащитность, откровенность — этому сложно что — то противопоставить.

— … это восхваляется.

Признак изощренности ума — способность увидеть истину там, где её нет по определению. Нельзя верить никому, кроме семьи…

Сяо смолк на миг, и продолжил, отмерив ещё три шага по кругу.

— Север не слишком отличается от Столицы, но здесь… возможно, потому что это периферия, чувствуется дуновение свежего ветра, — тут он хмыкнул совершенно отчетливо. — Который иногда просто сбивает с ног.

— Ближе к делу, сир Сяо.

— Мистер, — поправил он снова. — Я долго думал.