Ритуал (СИ)

Сейчас Бутч молчал так, что было понятно — скоро грянет гром, и шарахнет так, что впору искать укрытие.

— Что вы делали в лавке?

Я удивленно посмотрела на Бутча.

— Не просто «делала», а даже «купила». Что можно делать в лавке дамского платья?

Каро согласно закивал головой и стушевался, получив тяжелый взгляд от старшего дознавателя.

— Розовый не ваш цвет, — констатировал Бутч спокойно.

— Иногда вкусы меняются, бывает особое романтическое настроение…

— В вашем шкафу нет ни одной вещи такого цвета…

— Есть, — насмешливо фыркнула я. — Просто вы ещё не сунули нос в самую дальнюю часть шкафа. У меня розовые танцевальные платья.

— Леди танцует? — Каро спросил удивленно.

— И поет, и играет на барабане, — рыкнул Бутч. — И ходит по лавкам, хотя было ясно сказано…

— Ничего, — отрезал он. — В Храм и домой, — Каро вытянулся и послушно закивал, получив недвусмысленный приказ.

— Что случилось? Зачем дополнительная охрана? — я удержала Бутча за рукав.

— В Храм и домой, — повторил дознаватель, — без лишних вопросов.

В Храме было светло и тихо. Я раздраженно выдохнула несколько раз, и ещё раз, и ещё, чтобы успокоить мысли.

Терпение и контроль, Блау. Терпение и контроль.

Каро неуверенно мялся сзади — накануне мы выяснили, что он, как и большинство столичных, почитает Мару, и походы в «чужие» Храмы его нервировали. Ждать снаружи он отказался — приказ Бутча был не двусмысленным — прилепиться и ни на шаг, если уж леди так сильно взбрело в голову посетить божественное место именно сегодня.

Молчаливый жрец поприветствовал нас и жестом пригласил в главный зал.

Пламя вилось по центру, танцуя над постаментом, всё было как обычно — редкие коленопреклонные посетители молча просили о чем-то своем, кто-то молился с закрытыми глазами, кто-то требовал, воздевая руки к небу. Зимы идут — ничего не меняется. Люди всегда хотят получить больше, чем имеют, и чаще всего просто так. Как будто сам факт существования дает право требовать что-либо у Богов. Мало кто благодарит, просто за то, что живёт. Обычно все только просят — дай, дай, дай. И я не исключение.

Я мысленно обратилась к Великому, закрыла глаза и приложила сжатый кулак к груди: «Салютую шестнадцатому. Покойтесь с миром…Великий, дай мне сил, не допустить этого ещё раз…».

Как всегда, от большого пламени в центре зала отделилась небольшая стайка огней. Светящиеся огоньки мигнули и сложились в знакомый знак штандарта шестнадцатого легиона — круг в треугольнике и око. «Зрящие Севера», стоящие на грани.

Я опустила кулак, задрав голову вверх — шестнадцать огней ровно сияли прямо надо мной, а Каро рвано выдохнул сзади. Вряд ли Великий ревнует чад своих, но я так редко прихожу в Храм… так редко, и даже сейчас мои мысли не полностью принадлежат ему.