Россия — Советский Союз, 1946–1991 гг.

По сути, этот вопрос — вопрос ответственности за начало глобальной конфронтации — и стал центральным во всей мировой историографии «холодной войны».

Известные американские историки и советологи (И. Фейс, Р. Пайпс, З. Бжезинский) всегда утверждали, что только экспансионистские устремления «ленинско-сталинского социализма», личные амбиции и идейный фанатизм И.В. Сталина и острая необходимость остановить советскую экспансию ради защиты «ослабших западных демократий» подвигли США через проведение «сугубо оборонительной политики» вступить в противоборство с СССР и вмешаться в решение глобальных мировых проблем.

Что касается советских ученых (И. Галкин, В. Кулаков, В. Трухановский, Н. Сивачев, Е. Язьков, Н. Яковлев), то на протяжении всего послевоенного периода они постоянно и вполне аргументировано утверждали, что главной причиной «холодной войны» стали имперские и гегемонистские цели американского правительства и транснациональных корпораций, которые, серьезно опасаясь роста популярности идей социализма во всем мире, вполне сознательно начали «холодную» и подготовку к большой, «горячей», войне против СССР и стран социалистического лагеря.

Эта точка зрения совершенно неожиданно нашла поддержку в рамках так называемого «ревизионистского» направления западной историографии (П. Кальвокоресси), которое впервые заявило о себе в конце 1960-х гг. Европейские «ревизионисты» полагали, что именно США несут основную ответственность за возникновение «холодной войны». По их мнению, с самого начала главной стратегической целью американской администрации являлось «глобальное переустройство мира в соответствии с либерально-капиталистической моделью», в рамках которой США имели бы неоспоримые преимущества и закрепили бы свое мировое лидерство («Pax Americana»).

Советский Союз не разделял этих глобалистских планов, своей активностью фактически препятствовал им. Пытаясь подавить эту активность, в том числе при помощи экономических санкций и «атомной дипломатии», США игнорировали законные интересы Москвы, а советские лидеры скорее проводили оборонительную, чем наступательную политику в этом вопросе.

Бескомпромиссная схватка «ортодоксов» и «ревизионистов» вызвала у части современных ученых желание найти более объективные истоки глобального конфликта двух сверхдержав.

Возникшая на этой почве новая, «постревизионистская школа» (Г. Лундестад, Т. Нафтали), стала объяснять возникновение «холодной войны» естественными и нормальными противоречиями геополитического характера, а не злой волей вождей или идеологической непримиримостью двух супердержав.

Вслед за этими тремя самыми авторитетными научными школами возникло еще несколько влиятельных направлений.