Рывок к звездам

Мы, темные эйджел, всегда чтим силу принесенных клятв, несмотря на время, место и прочие обстоятельства.

– Что есть, то есть, – буркнул Кандид, – сволочи они, конечно, первостатейные, но клятвы свои исполняют исправно.

Произнес он эту фразу по-русски без перевода, и для Зейнал она прозвучала как раскатистый рык дикого зверя, но то, какой взгляд бросил предводитель хумансов сперва на своего главного советника, а потом на нее, Зейнал поняла, что умирать сегодня ей явно не придется.

– Клянись, – сурово произнес предводитель хумансов, – что ты и члены твоего клана никогда не причинят вред Империи, ее гражданам и пеонам, а также что ты не будешь допускать, чтобы вред оказался причинен в результате вашего бездействия.

– Клянусь, – решительно выдохнула Зейнал, решившая, что в таких условиях клятвы нет ничего невозможного. Но это было еще не все.

– Клянись, – произнес предводитель хумансов, – что с этого момента для тебя и членов твоего клана больше не будет ни светлых и темных эйджел, ни хумансов, ни даже горхов и сибхов, и что ты и твои люди будете относиться ко всем ровно и одинаково, в соответствии с их личным статусом и заслугами перед Империей.

– Клянусь, – уже не так уверенно произнесла Зейнал, ибо вторая часть клятвы лишала ее так нежно лелеемого чувства расового превосходства.

Но отказ от того, что и так уже было опровергнуто, по факту был все же лучше перспективы полного уничтожения ее клана. Пусть они будут не уникально великолепными, а одними из многих, но зато живыми, а не полностью уничтоженными. Она боялась этого уничтожения больше всего на свете, как будто всего несколько минут назад, потеряв опору в жизни, Зейнал сама не предложила предводителю хумансов полностью уничтожить ее клан, чтобы избавить его членов от мук.

Все перевесила возможность обрести новый дом и новую семью. «Какая разница, что это будет семья хумансов, – убеждала себя бывшая матрона бывшего клана «Багряных листьев», – ведь эти хумансы ведут себя вполне цивилизованным образом, и к тому же обладают чудовищной мощью, какую не имеет ни один клан темных или светлых эйджел…»

– Клянись, – снова произнес предводитель хумансов, – что ты и члены твоего клана будете честными, храбрыми, дисциплинированными, бдительными гражданами нашей Империи, будете строго хранить наши тайны и беспрекословно выполнять все наши законы и установления, а также приказы ваших командиров и начальников.

Перед тем как поклясться последней частью клятвы, Зейнал не колебалась ни минуты, потому что уже отреклась от вековечной вражды с расой хумансов и от чувства превосходства своей собственной расы.