Рывок к звездам

Не знаю, получилось у них это или нет, но императрица, по данным медицинских сканеров, находится в сугубо положительной фазе, так что в этом деле возможно все. Окончательную информацию о случившемся или нет зачатии, можно будет получить уже через пять-семь суток, и если подтвердится то, что у влюбленной императорской четы будет наследник или наследница, то их потребуется немедленно поженить. Женатый император значительно лучше холостого, и свадьба при этом должна будет произойти еще до того, как у императрицы начнет расти живот.

И напрасно император с императрицей подозревали нас в том, что я/мы подглядывали за процессом изготовления наследника.

Будь мы неполовозрелыми людьми-подростками, такое зрелище, конечно же, привлекло бы наше внимание свое высокой эстетической и эротической составляющей, но мы оба искины, которые чужды проявлению эмоций и особенно телесных удовольствий. В силу своей конструкции рассуждать об этом мы можем только теоретически. Так что прочь все подозрения. То, что должно быть тайным, таковым и останется, а все остальное мы непременно должны знать, чтобы заранее позаботиться о последствиях. Искины – это самые верные слуги трона.

Единственное, что нас в тот момент интересовало – это царящий в спальне эмоциональный фон, который нас вполне удовлетворял. И император, и императрица были увлечены друг другом и процессом любви, отчего не обращали внимания на разные побочные раздражители. И это хорошо – значит, их тяга друг к другу очень велика, а вероятность успешного основания империи снова увеличилась и достигла уровня свыше восьмидесяти процентов. Осталось, как говорят люди, совсем немного, и мы приложим к этому «немного» все возможные усилия.

Вызов И.О. императора, то есть меня, в рубку управления, прозвучал как гром с ясного неба. Шли уже шестые сутки полета, но такое случилось в первый раз. Экипаж под командованием капитана первого ранга Иванова – седые волки, после сеансов «стабилизации» сбросившие по двадцать-тридцать лет – со всеми своими корабельными проблемами должны справляться самостоятельно. Для того их и набирали – опытных и постаревших, но в любой момент готовых снова сесть в седло – чтобы они, освоив под гипнозом специфику отличия космической службы от морской, продолжали вести корабельные дела, опираясь еще на вбитые в советское время рефлексы.

Ну не понимаю я ничего в том, что относится к их епархии, и старшие офицеры «Несокрушимого» заседают в Совете Графов не за красивые глаза.

Мое дело – один раз в день в корабельный полдень зайти в рубку управления, выслушать доклад главного Навигатора, капитана первого ранга Карандышева, посмотреть на позицию «Несокрушимого» относительно планет Солнечной системы и убедиться в соблюдении графика разгона.