Рыжая помеха (СИ)

Предполагаю, что его братва не в курсе вообще происходящего, думают, что обычная стрелка. — Не вижу твоей крыши.

— Сам говорить буду.

— А ты кто такой вообще? — неожиданно вступает Ворон, — чтоб с тобой базарили?

Тон у него настолько откровенно наездной, причем видно, что границ нет, что Крас теряется.

Оно и понятно. Мальчик всегда жил сытно и спал сладко, таких людей не видел. А мне прям музыкой по ушам. Зоновская тема. Там умеют брать на горло, нахрапом.

— Я предлагаю… Предлагаю решить вопрос спокойно.

— Я с тобой ничего решать не буду, ты — сявка. С тобой даже разговаривать западло.

Ворон сплевывает презрительно, делает знак, и за нашей спиной распахиваются двери гелика.

Я философски наблюдаю картину избиения младенцев и думаю о том, на что вообще Крас надеялся, приехав сюда?

На то, что я не приеду? Буду один? Что Ворон — это мой бред?

Скорее всего, последнее.

Ворон не лезет в центр, это все знают.

Но не все знают, что Ворону не надо просто лезть в центр. Потому что в центре — власть государственная. И эта власть тупо не пускает кого бы то ни было лишнего. Так исторически сложилось, с тех самых веселых девяностых.

В центральных районах нет трафика, по крайней мере, масштабного, с этим серьезно борются. Естественно, никто не застрахован от точечных появлений закладчиков, крокодильщиков и прочей грязи, но это выметается быстро. Я знаю. Я сам участвовал в ликвидации. Васильич сразу в гущу событий кинул, крещение, блять, огнем у меня было этим летом.

И потому появление новой синтетики, отличающейся от обычного грязного дерьма, насторожило.

Особенно насторожило, что распространялось оно в учебных заведениях города. И никак наружкой не удавалось вычислить того, кто толкал.

Мелких дилеров брали, но они ничего не знали. Сейчас же век интернета, мать его! Все можно сделать чисто.

И, судя по почерку, ребятки неплохо владели современными технологиями. Это вам не просто сторчавшиеся утырки, это нечто гораздо интереснее.

Понятно, что была лаборатория, понятно, что кто-то пересмотрел «Во все тяжкие», но нам от этого совершенно не легче. Васильича основательно придавили из столицы, потому что кто-то там из высокопоставленных детишек врезал дуба, и пришлось работать быстрее.

Он как раз прикидывал, кого из своих негласников отдать на растерзание, а они все, как на подбор, с мусорской печатью на роже…

И тут я, такой красивый… Попал по самое не балуйся.

Сегодня мы должны были выяснить, кто за ребятками стоит, потому что не могло быть такого, чтоб они сами! Ну не могло такого быть в современном мире! Или могло?

К тому времени, когда я докуриваю, ребятки лежат на земле, хрипя и матерясь. А один, по-моему, в штаны наложил, судя по запаху…

Васильич нудит в наушнике:

— Главного не особо там.