Сабина изгоняет демонов

– Хотите сказать: не то что у некоторых.

– Нет, почему же, уверена, ваша фамилия многим нравится.

– А вам? Хотели бы вы носить такую фамилию? – спросил Тверитинов, по-прежнему пристально глядя на Сабину, но уже не улыбаясь.

– Ну… Это будет зависеть от обстоятельств, – пожала плечами та.

– Каких обстоятельств? – настаивал Сергей.

– От… От любви к оперной музыке! – не задумываясь, выпалила Сабина.

Таня Савченко, уже давно отцепившаяся от Тверитинова, слушала их с недоумением и сосредоточенно морщила лоб. Эти двое вели какой-то странный разговор. Казалось, они не понравились друг другу с первого взгляда и поэтому сразу же стали пикироваться. На всякий случай Таня решила вмешаться в их диалог и, повернувшись к Сабине, деловито сказала:

– Послушайте, давайте побеседуем с вами прямо сейчас? А то Вадику в любую минуту может понадобиться моя помощь, и тогда у меня для вас уж точно минутки свободной не найдется.

– Да, конечно! – обрадовалась Сабина и посмотрела на Тверитинова ясными глазами. – Вы нас извините?

– Пожалуйста, пожалуйста, – ответил тот и, схватив с ближайшего подноса коктейль, отсалютовал бокалом. – Не волнуйтесь, мне есть чем заняться – у меня здесь множество знакомых.

– Никто и не сомневался, – фыркнула Сабина.

– Если бы «никто» не валял дурака… – в сердцах бросил Тверитинов и хотел было развить свою мысль, но Сабина прервала его на полуслове.

– Всего вам доброго, – холодно сказала она, – было приятно познакомиться. Надеюсь, еще встретимся.

– Надежда умирает последней, – пробурчал Тверитинов, которому явно не хотелось ее отпускать. Но он быстро взял себя в руки, развернулся и двинулся в другой конец зала.

Таня довольно фамильярно подхватила «телевизионщицу» под руку и потащила в какой-то закуток, где стояли два кожаных дивана, стеклянный столик и торшер. Усевшись напротив «интервьюируемой», Сабина перво-наперво выдала свою легенду о предполагаемой серии передач, потом немного порассуждала о школе вообще и об учителях в частности и, наконец, плавно перешла непосредственно к классу, в котором училась Таня. Она немного порасспросила ее о школьных годах, об одноклассниках, а когда та упомянула Вадима Борисова, без обиняков спросила:

– Вы знаете, что Вадим Борисов погиб?

Она нарочно не сказала «убит». Вдруг Савченко не в курсе? Еще перепугается и вообще откажется разговаривать. Но Тане, конечно же, о случившемся было известно.

– Естественно, знаю! – всплеснула она руками. – Об этом невозможно было не узнать – такое кошмарное дело! – Однако в голосе ее не слышалось особой грусти, скорее воодушевление. Она вся подалась вперед, глаза ее засверкали – в общем, приготовилась посплетничать от души. – Между прочим, убили не только самого Вадима, но и его жену, Илону.