Саид 3. В огне

- Отпустите меня, пожалуйста, - начала было клянчить я, но жирный урод достал из кармана свой мобильник и приложил его к уху.

- Всё готово, Кузьминична? Ну ты это, давай там стол накрой, чтобы как надо всё. Я с друганами буду сегодня, - и бросил косой, насмешливый взгляд в мою сторону. Вот тварь! По кругу меня пустить хочет.

- Помогите! Помогииитееее! – завопила я во всё горло, отвернувшись к окну, и начала молотить кулаками по стеклу. Только стёкла джипа были наглухо затонированы, а сама тачка мчалась так быстро, что вряд ли меня кто услышал бы.

- Ебальник закрой, овца! – оборвал мои никчёмные попытки лысый и довольно откинулся на кожаную спинку сидения. – Щас бы ещё ор твой слушать. Отработаешь мне моральный ущерб и вали на все четыре стороны.

- Я… А я несовершеннолетняя! Меня мамка дома ждёт, если через час не вернусь – в ментовку сразу побежит. А я скажу, что вы меня изнасиловать хотели! Я знаю, кто вы, ясно? – пошла в наступление, хотя получалось довольно фальшиво.

- Ага, - скучающе зевнул боров. – Несовершеннолетняя, мамка, ментовка. Я всё понял.

С переднего сидения послышался смешок – ржут суки поганые. Напугала ежа голым задом… Как будто у нас бандюки ментов боятся.

- Педофил, что ли? – прищурилась я, используя последний козырь. Так себе козырь. Но попытаться стоило. Смешки спереди прекратились, а лысый перевёл на меня взгляд своих белёсых, заплывших то ли от обжорства, то ли с перепою глазёнок.

- Да мне поебать, сколько тебе там. Сиськи есть, ебать можно, - мордовороты, сидящие впереди снова заржали, а я поняла, что конкретно влетела. И как от них свалить, спрашивается?

- Дяденька, ну отпустите, а? Я, честно-честно больше не буду!

Но тут машина резко встала, а я ударилась носом о подголовник водительского сидения и заорала на сей раз от боли. Кровь хлынула из носа прямо на джинсы, а я заревела от обиды.

- Бляя, эта шмара весь салон залила! В парилку её отведите, пусть отмоется! – заорал на мордоворотов лысый и тут же с моей стороны распахнулась дверь.

Я было попыталась выскочить на улицу, оттолкнув охранника, да куда там. Тот даже не покачнулся. Ловко сцапав меня за капюшон, матюгнулся и потащил внутрь здания с говорящей надписью на вывеске «Баня».

В мрачном помещении было душно и воняло какой-то травой. А нас встречала пышнотелая тётка в белом халате, уперев руки в то место, где должна была быть талия.

«Кузьминична», - промелькнуло в голове.

- А это что за чучело? – недовольно нахмурилась она, кивнув на меня. А как же женская солидарность, тётенька?

- Да её отмыть надо. И в комнату отдыха. Михей сегодня угощает корешей, - хмыкнул, а Кузьминична покачала головой.

- Эту, что ли? Какая-то она щуплая. Чё, одну на всех, чтоль? Она ж из-под них не вылезет.